Таскать его с собой все время не очень-то удобно, но при мысли, что с ним придется хотя бы на время расстаться, ей делалось зябко. Хотя задняя дверь коттеджа запиралась и мисс Маркленд отдала ключи ей, внутрь легко было проникнуть через одно из окон. Она решила, что лучше всего будет спрятать патроны среди белья в шкафу, а пистолет хранить отдельно в коттедже или где-то поблизости. Для того чтобы найти подходящий тайник, ей пришлось поломать голову, но потом она вспомнила о кусте бузины рядом с колодцем, ствол которого в самом верху раздваивался.
Именно в эту вилку, укрытую от посторонних взглядов густой листвой, она и положила пистолет прямо в мешочке.
Теперь можно было отправляться в Кембридж. Она посмотрела на часы: только половина одиннадцатого. К одиннадцати она уже будет там, и времени у нее еще останется предостаточно. План таков: сначала редакция местной газеты, где можно прочитать все, что писалось о ходе расследования, затем – полиция, а потом нужно попробовать разыскать Хьюго и Софи Тиллинг.
Она отъезжала от коттеджа с чувством легкой грусти, словно покидала родной дом. Это было странное место, имевшее как бы два трудно совместимых характера. Северная сторона дома с мертвыми окнами, буйной растительностью и устрашающе высокой живой изгородью действительно казалась подходящей сценой для трагических событий.
А противоположная, задняя сторона, где он, собственно, и обитал, приведя все в порядок, была совершенно иной. Там сияло солнце и хотелось радоваться жизни. Когда она сидела там, у задней двери, ею владела полнейшая уверенность, что ничего плохого с ней случиться не может. Там даже перспектива провести ночь одной не вызывала ни малейшего страха. Может быть, и Марка Кэллендера привлекла к коттеджу эта атмосфера покоя и умиротворенности, подумала Корделия.
Почувствовал ли он ее, когда только нанимался на работу, или она стала мистическим результатом его временного пребывания здесь? Интересно, что ему было нужнее: работа или это жилье? И почему Маркленды так не хотят появляться в коттедже? Не хотят до такой степени, что не потрудились даже навести здесь порядок после смерти Марка.
