Но разве можно поверить, подумала она, чтобы здорового и крепкого парня, пришедшего домой после нескольких часов физического труда на свежем воздухе, охватило вдруг такое отчаяние, такая безнадежность, что он сунул голову в петлю? В жизни Корделии было немало минут беспросветной тоски, но только не после хорошей прогулки в ожидании вкусного ужина. И потом, зачем на столе была кружка с кофе? Та, что увезла на экспертизу полиция. В кладовке полно пива. Если, утомленный работой, он захотел пить, почему он не открыл одну из банок? Это был бы самый простой и быстрый способ утолить жажду.
Кто же варит себе кофе перед едой? Кофе пьют после.
Предположим, однако, что в тот вечер к нему пришел гость. Это не был случайный прохожий, заглянувший на огонек. Для Марка визит был достаточно важен, чтобы оторваться от работы, когда она уже близилась к концу, и пригласить гостя в дом. Вполне возможно, что гость не любил или не хотел пива – уж не женщина ли это была? Далее, посетитель явно не собирался оставаться к ужину, но все-таки пробыл в коттедже достаточно долго, чтобы ему предложили кофе.
Вероятно, посетителя ждал ужин где-то в другом месте. Ясно, что он не был приглашен Марком на ужин заранее, потому что в таком случае они едва ли начали бы с кофе, да и сам Марк прервал бы работу раньше и успел переодеться. Следовательно, гость был нежданный. Тогда почему кофе был приготовлен только на одного? Наверняка Марк выпил бы кофе вместе с гостем или открыл бы себе банку пива.
Однако пустых банок найдено не было, как не было и второй кружки с остатками кофе. Если допустить, что Марк помыл и убрал одну, то почему он не поступил так же и с другой? Чтобы скрыть следы пребывания гостя?
Кофейник на столе в кухне почти пуст, да и молока осталось менее половины бутылки. Значит, кофе с молоком пили по меньшей мере двое. Нет… Это слишком поспешное умозаключение. Гость мог налить себе кофе дважды.
Так. А если предположить, что это не Марк пытался уничтожить следы посещения, что не Марк вымыл и убрал вторую кружку? Допустим, это сделал сам посетитель.
Да, но зачем, если ему не было известно, что вскоре после его ухода Марк покончит с собой? Нет. Корделия тряхнула головой. Нет, это чепуха! Совершенно ясно, что гость не стал бы мыть чашку, будь Марк в добром здравии. Необходимость заметать следы своего визита могла возникнуть у него только в том случае, если Марк уже был мертв.
