Под этим взглядом впечатление рассеялось. Она начала догадываться, что именно капитан стражи был в этой группе подлинным лидером.
Софи Тиллинг кивнула и сказала:
– День добрый.
Изабел не произнесла ни слова, но лицо ее осветила улыбка столь же бессмысленная, сколь и красивая.
– Присядьте, пожалуйста, – пригласил Хьюго, – и поделитесь с нами той жгучей необходимостью, которая привела вас сюда."
"Корделия неловко опустилась на колени, стараясь не испачкать о траву юбку. Странно вот так беседовать с подозреваемыми (впрочем, разве она их в чем-нибудь уже подозревает?), встав перед ними на колени, как кающаяся грешница.
– Я – частный детектив, – сказала она. – Сэр Роналд Кэллендер попросил меня провести расследование причин смерти своего сына.
Эти слова произвели поразительный эффект. Вся группа, которая за секунду до того, небрежно развалясь, расслабленно наслаждалась солнечным днем, мгновенно напряглась и замерла, словно обращенная в камень. А затем почти незаметно для глаза они снова расслабились.
Корделии показалось, что она слышит сдавленные вздохи облегчения. Она наблюдала за их лицами. Дейви Стивене был взволнован менее остальных. Он стоял с печальной полуулыбкой, заинтересованный, но не испуганный. Искоса он бросил взгляд на Софи, но она ему не ответила. Они с Хьюго неподвижно смотрели прямо перед собой. Корделия повяла, что Тиллинги тщательно избегают глаз друг друга. Но больше всех была потрясена Изабел. Она охнула, и рука ее взлетела к лицу – так изобразила бы испуг второразрядная провинциальная актриса.
С молчаливой мольбой во взоре она повернулась к Хьюго. Побледнела она так, что, казалось, вот-вот упадет в обморок. «Если это заговор, – подумала Корделия, – то я уже знаю, где его наиболее слабое звено».
– Так вы говорите, что Роналд Кэллендер нанял вас, чтобы выяснить, почему умер Марк? – переспросил Хьюго Тиллинг.
– А что, вам это кажется странным?
– По-моему, это совершенно невероятно. Сын мало интересовал отца при жизни.
С чего же такая забота сейчас, когда Марка больше нет?
– Почему вы думаете, что сэр Роналд не интересовался сыном?
– Мне так казалось.
– Ну что ж, – сказала Корделия, – допустим, теперь ему это небезразлично, даже если это всего-навсего желание ученого установить истину.
– В таком случае лучше было бы устанавливать ее в микробиологии. Пусть ищет, как растворять пластмассу в морской воде, или чем он там еще занят. К людям нельзя подходить с такими мерками.
