– Как вы вообще можете переваривать этого надутого фашиста? – бросил Дейви Стивенс с напускным равнодушием.
Реплика задела многие струны ее памяти. Нарочито простодушно она сказала:
– Я не спрашивала сэра Роналда, какой политической партии он симпатизирует.
Хьюго рассмеялся:
– Дейви не это имел в виду. Назвав его фашистом, он хотел сказать, что Роналд Кэллендер придерживается несколько пещерных взглядов по ряду вопросов. Он считает, например, вполне вероятным, что не все люди созданы равными. Что борьба за всеобщее освобождение не обязательно приведет к счастью человечества, что левые тирании ничем не лучше правых и что, может быть, вовсе не капитализм повинен во всех бедах: от наркомании до опечаток в газетах.
Должен оговориться – я не могу утверждать, что Роналд Кэллендер считает именно так, но Дейви в этом уверен.
Дейви швырнул в Хьюго учебником и сказал без тени раздражения:
– Заткнись! От твоих речей несет статьями из «Дейли телеграф». К тому же ты рискуешь наскучить нашей гостье.
Софи Тиллинг спросила вдруг:
– Это сам сэр Роналд предложил вам встретиться с нами?
– Он сказал, что вы друзья Марка.
Он видел вас на следствии и похоронах.
Хьюго рассмеялся опять:
– А, так вот, стало быть, как он представляет себе дружбу.
– Но вы ведь там были?
– Да, мы приходили к следователю. Все, кроме Изабел. Она, конечно, украсила бы собой его кабинет, но доверять ее показаниям нельзя. Впрочем, там было довольно скучно. В следственном заключении много совершенно никчемной информации о том, какое прекрасное было у Марка сердце, какие великолепные легкие и совершенно изумительный пищеварительный тракт.
Насколько мне позволено судить, Марку было ниспослано свыше жить вечно, если бы он сам не затянул петлю у себя на шее.
– Вы были и на похоронах?
– Да, в здешнем крематории. Очень торжественная церемония. Помимо персонала, присутствовало всего шесть человек: нас трое, Роналд Кэллендер, эта его не то секретарша, не то экономка и старушка в черном, по виду – няня. Ее наряд придал похоронам особую мрачность, подумал я тогда.
Вы не поверите, она была настолько похожа на классическую старую добрую нянюшку, что я заподозрил в ней переодетую полицейскую ищейку.
– С чего вы это взяли? Она действительно так выглядела?
– Нет, но ведь и вы не похожи на частного сыщика.
– И вы представления не имеете, кто она такая?
– Нет. Нас ей не представили. Насколько я помню, никто вообще не сказал ни слова. Сэр Роналд надел масочку убитого горем отца.
