Точно зная, что едем не кофе пить, я позвал ее к себе — она же томно выдохнула мне в губы «к тебе — это слишком долго» — вот как торопилась. Не прекращая целоваться, мы вывалились из кабинки на ее этаже, вместе влетели в ее комнату и прямо с порога, едва захлопнулась дверь, начали раздеваться — вернее, срывать одежду друг с друга. Такого сумасшедшего старта у меня уже давно не было.
— Ну как же так получилось? — продолжала причитать среди смятых простыней голая Влада, обращаясь к висящей под потолком люстре, как к высшей силе, которая видела все.
— Я же не хотела…
О, еще как хотела! Я по твоим глазам видел, как сильно ты этого хотела — когда, отбросив в сторону трусики, не прекращая сосать мои губы, завалила меня на кровать и прыгнула сверху. А затем звонко шлепнула мои руки на свой тощий, но такой милый зад и выдохнула вместе с поцелуем «трахни меня!»
— Да я вообще пьяна была, — не унималась эта звезда, жалуясь уже стенам вокруг. — Это все алкоголь!
Да что ты говоришь: ты допила стопку Катерины — и то она выпила больше, чем ты.
Только она ушла, а ты осталась — так что не гони на алкоголь. Трезвая ты была, вменяемая и дико горячая. И прекрасно понимала, что делаешь, когда сама затолкала меня в себя — очень жадно причем.
— А ты мной воспользовался!
Тут еще вопрос кто и кем — по тому, как ты на меня накидывалась и выжимала, мне показалось, что пользуются мной. И да, кстати, это было далеко не две минуты. Губы до сих пор горели от жестких голодных поцелуев, плечи ныли в тех местах, где в них жарко впивались пальцы, а сумасшедший блеск черных девичьих глаз и сейчас всплывал в памяти яркими вспышками.
А как сладко она застонала и как крепко сомкнула бедра вокруг меня, когда после первого раза я подмял ее под себя, чтобы уж наверняка дать ей того, чего она хочет.
— Да откуда ты вообще знаешь, чего я хочу? — простонала эта колючка мне в губы.
И, всем телом прильнув ко мне, снова жестко засосала.
— Я же не она, не девственница эта…
И снова дикий обжигающий засос.
— Я тебя всего хочу…
— Да как ты меня соблазнил? — ворчание рядом продолжалось, глаза требовали ответа от стен, а руки воздевались к потолку. — Да как ты вообще умудрился-то?"
"Сегодня ночью Влада официально стала моей любовницей, причем не один раз и далеко не в одной позе. И сейчас старалась осмыслить произошедшее, зачем-то отрицая главную его причину.
