Аккаунт моего нового старого друга сообщал, что в этот миг зараза онлайн — неужели ждет моего ответа? Так что я ей написал.
Я: «Подумал над твоим предложением.»
Сообщение тут же оказалось прочитано, но не отвечено — не иначе как ждала, что добавлю что-то еще. С минуту подождала, а потом выслала свое королевское недоумение.
Императрица: «?»
Я: «Готов составить тебе компанию.»
Еле удержался, чтобы не припечатать «так и быть».
Императрица: «Отлично. Заберу тебя завтра в семь.»
В ответ так и хотелось написать «а может, пообщаемся еще? Все-таки мы теперь, точнее снова, друзья».
Но дружба с Катериной виртуальная была такой же напряженной, как и в реале. Сколько себя помню, в соцсети я всегда числился у нее в друзьях, а потом как-то внезапно в один день — даже сам не понял когда, но точно после Испании — вдруг обнаружил, что меня больше нет среди ее друзей. Немного удивился — видимо, чистила лишних и по ошибке отписалась от меня. Пока жил в Москве, я по этому поводу не особо парился, а вот когда родители перевезли меня в Карпов, эта тема всплыла сама собой.
— Хотя бы в друзья могла меня добавить…
— Зачем? Чтоб ты на меня дрочил после Испании?.."
"А теперь вот снова вернула в друзья. Что, официально разрешила на себя дрочить? Было бы еще на что — как и прежде, в ее аккаунте не обнаружилось ничего не то что непристойного, но даже мало-мальски шаловливого: ни фоток себя в купальнике, ни хотя бы подружек в купальниках. Она даже друзьям не показывала слишком много.
Не то что добрая душа Мишель, сливавший буквально все. Снимков с ним тут, кстати, не было, и в друзьях у нее не числился теперь уже он. Что, выкинула одного друга и заменила другим для ровного счета? Наконец включила голову и решила исправиться? Хотя здесь у меня не имелось возражений.
Потому что хорошие парни рано или поздно все равно победят плохих. И то, что с ней завтра еду я, а не он, уже говорило о многом.
Стрелка кухонных часов медленно-медленно, словно убаюкивая, двигалась к семи утра.
С учетом того, как поздно вчера вернулся домой, надо было немного поторговаться с Катериной и договориться хотя бы на восемь. В итоге я тянул уже вторую кружку кофе, чтобы не отрубиться прямо за столом лицом в Полинины оладушки. И это еще молчу про тяжелую голову и остатки алкоголя, не выветрившиеся за ночь.
— Прям непривычно, что ты так рано встал, — глядя на мой мятый вид, ехидничала у плиты любительница ранних подъемов.
