Слов оттуда уже не было слышно — только отголосками доносилось «дебил!» А затем этого дебила начали с чувством колотить.
И что мы сейчас наблюдаем? Зарождение очередного «я помню», чтобы засунуть в еще один воздушный шарик? Я помню, как угнал тебя на воздушном шаре… Такими темпами за год можно еще триста шариков наклепать. Достаточно делать по одной дурости в день, что для него не так уж и сложно.
— А я и забыла, — впившись коготками в дерево, словно у нее кружилась голова от высоты, поморщилась Марианка, — что Катерина не любит высоту.
Она тоже, смотрю, уже забыла…
— Надо же что-то делать, — задрав голову, пробормотала Амина, — надо как-то ее оттуда спустить…
— Поздно, — приложив ладони к глазам, как бинокль, выдала Лизавета. — Они уже на небесах.
И правда, парочка как-то в один миг перестала ссориться — и вместо этого теперь вовсю обнималась и сосалась на высоте. Мы будто смотрели кино — где огромный воздушный шар уносил двух целующихся идиотов все глубже в облака. Над всем этим не хватало только пафосной надписи «The End» — в лучших традициях старого Голливуда.
— А куда они полетели-то? — растерянно спросил кто-то, провожая глазами удаляющуюся точку.
— В Лондон, — ответил другой, и все заржали.
— Главное, чтобы не в Африку! — и заржали еще громче.
Да, Катерина, ты не любишь, когда над тобой смеются. Но пока ты с ним, пока ты в этом цирке, смеяться над тобой будут постоянно. Подумай об этом в следующий раз, когда полезешь в воздушный шар.
Но сначала хотя бы спустись с этого. Интересно, а до каких слоев стратосферы он, в принципе, может долететь?..
Рядом вдруг раздался сухой щелчок, будто сломалась ветка.
— Ай! — досадливо вскрикнула наша Венера, так усердно цеплявшаяся за дерево, что сама себе сломала еще один ноготь.
Не иначе как распереживалась за судьбу улетевшей подруги.
— Три ногтя. Это мой предел, — словно в пространство, бросила красотка. — Я сваливаю.
— Я, пожалуй, тоже, — я вернул глаза на смартфон, где один блудный отец сидел на моей кухне, клеил мою управляющую и, самое ужасное, съедал мой торт.
Блин, батя знает, как меня заманить.
Марианка повернулась ко мне и неожиданно улыбнулась.
— Тебя подвезти?
Колесница нашей богини оказалась стильной белоснежной иномаркой — такой же безупречной, как и ее владелица. Устроившись в комфорте кожаного салона, мы покинули дикие природные красоты и, набирая скорость, помчали обратно к благам цивилизации.
