С учетом настроения, в котором Марианка покидала лагерь, я думал, что дорогой мы будем молчать. Сначала так и было, мы просто слушали музыку, а потом, неожиданно поймав мелодию, которая понравилась нам обоим, разговорились — о музыке, фильмах, всякой незначащей, но интересной ерунде. За этой беседой я даже не заметил, как машина остановилась у моих ворот — и только в этот момент сообразил, что не называл свой адрес.
— А откуда ты знала, куда меня везти?
— А знаешь, — туманно отозвалась собеседница, — мы ведь с тобой тоже могли быть друзьями детства, как вы с Катериной…
— Ты о чем?
— А ты не знаешь? — взгляд ангельских глаз лукаво мазнул по мне.
— Да ладно, не бери в голову… Ну пока, — коралловые губки сочно распахнулись, словно приглашая попрощаться с ними лично.
Отстегнув ремень безопасности, я потянулся к ним. Однако их хозяйка опять ловко вывернулась, давая мне лишь щеку. Чмок вышел звонким, но не достаточно сытным. То есть хочешь сказать, что ты не динамо?
— Хм. А я думал, в качестве компенсации ты меня поцелуешь, — заметил я.
— И что же я должна тебе компенсировать? — с хитрым прищуром отозвалась Марианка.
— Себе компенсировать?
Вместо ответа коварная красотка снова распахнула губки, как бы предлагая попытать удачу еще разок. Я словно оказался у игрового автомата с клешней, где есть несколько попыток вытянуть игрушку. Однако и во второй раз потерпел неудачу: мой обманный маневр оказался разгадан, и дальше ямочки на подбородке пробраться моему поцелую не удалось.
— Упс, — фыркнула эта пакостница, — опять незадача… Зато я себе все компенсировала, — и сама довольно чмокнула меня в щеку.
Уезжая, она игриво помахала обломанными коготками, как бы говорящими, что этот демон нынче не так уж и силен. Ну окей, я проиграл битву, но не войну.
Проводив вражескую колесницу, я поднялся по крыльцу и зашел в дом.
— Эх, Полина, — сразу же донесся из кухни родной голос одного беспутного гуляки, — не манили бы меня приключения по свету, остался бы тут, под вашим уютным крылышком, с вот этим тортиком и вот этими оладушками…
— Да ладно вам, Юрий Александрович, — захихикала она.
"
"Вот что ты творишь, батя? Тебе китаянок твоих мало? Не успел приехать, кстати, без предупреждения, и уже кадришь мою Полину?
— Сынок! — он заметил меня и бодро вскочил со стула. — Сюрприз!
— А сказать про сюрприз?
— А про сюрпризы не говорят, — парировал батя, — они сваливаются на голову! Слышишь шум?.. — он приложил ладонь к уху, делая вид что к чему-то прислушивается.
