(не) Беременна от чемпиона (СИ)

Кулибин уходит и возвращается почти сразу же, держа в руках мягкий плед.

Мой протест остается без внимания. Виталий накидывает «плюшку» мне на плечи, чуть сжав их перед тем, как отпустить, и садиться на свой стул.

Мне, правда, становится теплее. И я очень благодарна Виталию, если бы не он…

От второй мысли пробегает дрожь по спине. Озноб, леденящий душу.

Если это был Егор, то почему он меня бросил там одну? Бросил среди незнакомых людей.

Я помню, как пришла в себя. Куча народу и ни одной знакомой души. Ну кроме Кулибина, который держал меня за руку.

— Егор… — кажется, это было первое, что я сказала. Но никто не услышал, конечно же.

— Красавица, напугала нас! — добродушно воскликнул коренастый мужичок и обратился к молодому медику. — Ну что, жить будет?

— Будет, — заверил тот, надевая мне на руку манжету от тонометра. — Сейчас только давление проверим еще разок…

Я лишь кивнула, не в силах что-либо сказать.

Взглядом пыталась найти своего спасителя. Пробежалась по незнакомым лицам, но тщетно. Сквозь толпу разглядела кого-то, стоящего у мужских раздевалок.

Давление было в норме, поэтому мне ничего не угрожало. Поблагодарила всех, кто пришел ко мне помощь. Я и не думала, что люди в большом городе могут быть такими… добрыми.

А потом Кулибин помог мне встать, повел в сторону выхода. И, наверное, там возле служебной машины я снова отключилась.

— Спасибо, Виталий. Не знаю, как вас… тебя благодарить.

Я потупила взгляд, чувствуя, что смущена. Не привыкла быть слабой, я же, блин, всегда была такой самостоятельной.

— Для начала перестань «выкать», — снова улыбка, от которой мне не по себе.

Я же не дура, вижу, что мужчине нравлюсь.

Ну хорошо, насчет первого погорячилась — может и дура, но вот во втором уверена на все девяносто процентов. Правда, есть еще десять процентов, покрытые мраком.

— Виталий, не знаю, как я смогу тебя отблагодарить…

Черт! А что если… Нет, не может быть. От внезапной мысли становится еще больше не по себе. Вдруг этот Виталий… ну это самое.

Застываю с вилкой в руках и боюсь поднять на него взгляд.

Сердце стучит где-то в районе горла. Если он захочет что-либо со мной сделать, никто, абсолютно никто, мне не поможет.

Мой голос предательски срывается на последнем слове.

— Окажешь мне одну маленькую услугу…

Услугу? Что я могу сделать?..

Все-таки решаюсь посмотреть на Кулибина, сидящего на соседнем стуле.