– Даже ни фига не прячется от камер, ей как будто наплевать.
– Так ей и наплевать, – заметил Сташис. – Зачем напрягаться там, где все равно искать не будут? Она старается не попадаться на глаза дворнику, а остальное ей по барабану. Вот сейчас будет отличный кадр, она пройдет мимо автоломбарда, там шикарное освещение и камеры во все стороны.
Виктор, Сташис и Дзюба уже прокрутили это видео дважды, тщательно изучили каждый эпизод появления Москвиной, но теперь с удовольствием смотрели в третий раз в компании всей группы, работающей по делу.
– Красава! – восхитился Дима Колюбаев, когда Москвина оказалась в хорошем ракурсе на ярко освещенном месте перед входом в автоломбард. – Ну что, Витек, поздравляю с победой! Считай, раскрытие – твое, в справку точно попадешь. Если бы не твой глаз-алмаз, мы б ее сроду не вычислили.
Он дружески хлопнул Вишнякова по плечу, и Виктору показалось, что Колюбаев при этом бросил мимолетный торжествующий взгляд на Женьку Есакова, которого буквально перекосило.
Ну вот, нажил себе врага на рабочем месте. А и хрен с ним! Плевать, что думают о Вите окружающие и как к нему относятся. Он давно привык не ждать ничего хорошего и не надеяться на бонусы от судьбы.
Разговор быстро скатился на «дворовый» уровень, как это часто бывает у мужчин, занятых тяжелой серьезной работой, когда выдается минутка заслуженной расслабухи. Сташис достал из сейфа непочатую бутылку и одноразовые пластиковые стаканчики, все радостно выпили, еще раз поздравили лейтенанта Вишнякова «с первым оперским успехом» и принялись, кто во что горазд, обсуждать женские достоинства Анны Эдуардовны Москвиной и строить предположения о ее сексуальных привычках с учетом прошлой профессии.
В самый разгар веселья распахнулась дверь, и в кабинет вошел полковник Зарубин.
– Кузьмич, присоединишься? – Сташис потянулся за чистым стаканчиком.
Зарубин быстро, в один глоток, выпил и строго посмотрел на присутствующих.
– Наружка сообщила: есть контакт с Кулиничем.
Так что бутылочку убираем в сейфик, стаканчики выбрасываем в мусорку, рассаживаемся каждый за свой столик и двадцать минут соображаем, каждый по отдельности. Через двадцать минут все ко мне в кабинет с предложениями по плану мероприятий на ближайшие сутки. Я знаю, что время позднее и вы собирались по домам, но спать будете по моей команде, когда я разрешу.
Вишняков послушно сел за свободный стол в кабинете Сташиса.
