— Кто их любит делать? Важнее другое — любишь ли ты их исправлять!
— Я вот тут пытаюсь проецировать кое-что на дело Мамлеева...
Стуков перебил его, даже не дав закончить фразы.
— Это и есть твоя следующая ошибка. Новое дело проецировать непосредственно на старое — самое последнее, что позволительно делать нашему брату. Прямые аналогии противопоказаны. Только опосредствованно, через опыт, через какие-то аналитические формы, — Стуков говорил резко. — Пойми, такая проекция, как шоры для лошадей, — кроме того, чем задался, ничего больше не видишь!
— Признаться честно, — примирительно сказал Воронов, — я и сейчас ничего иного не вижу.
Более того, заданности определить не могу. Не улавливаю связи между недостачей Мишенева и смертью Хромова."
"— Это тебе хочется, чтобы не было, — и, успокаивающе подняв ладонь, поскольку Воронов хотел возразить, Петр Петрович продолжал: — И это естественно. Но ты, на мой взгляд, должен сейчас сделать главное — собрать максимум информации. И любое сомнение должно быть не более чем проявлением бдительности, иначе оно станет опасным.
Скажу по совести, мне очень не нравится смерть Хромова. И не только потому, что по-человечески жалко Василия Петровича, а потому, как уж слишком решительной реакцией на сгустившиеся для кого-то тучки выглядит все это. А коли так, то ветвистый сорняк растет... Логический вывод — много народу, много следят, ищи следы глазом и ухом.
Воронов с интересом смотрел на Стукова, который разговорился с несвойственной ему многословностью.
Старший следователь был прав. Алексей и сам осознавал неслучайность смерти Хромова, но боялся признаться себе в этом: сделанная им ошибка росла, будто на дрожжах, и принимала размеры почти катастрофы.
— Смотри, — Стуков неожиданно прервал свой монолог. — Вот схема твоего поиска...
Он взял красный карандаш, и жирная линия легла на лист бумаги.
— Одна точка ясна — это база Дальтранса. Чем дальше от нее, тем труднее. Точка загрузки... Адресов уже много.
.. — Стуков объединил их в большое красное кольцо. — И вот эта прямая. Как ты помнишь, геометрия учит нас, что прямая всего лишь выстроенные точки, числом до бесконечности, — довольно произвольно сформулировал аксиому Стуков. — Где-то в этом море точек и лежит твоя разгадка. Похоже, надо идти методом исключения. Сначала проверь, как разгружают. Предположим, ты это уже знаешь.
— Ты рассуждаешь так, словно мне позволят целую вечность заниматься Дальтрансом.
