Шли сослуживцы. Дважды звонил Стуков, передавал привет от полковника Жигулева, всех ребят, но о деле молчал, и Алексей понимал, что спрашивать еще нельзя. Для этого в палате было слишком много народу, а встать — не позволяли врачи.
К исходу третьего дня он чувствовал себя уже совершенно здоровым, но эту его точку зрения совершенно не разделяла врач, которую он мысленно прозвал «квочкой» — так заботливо и неутомимо сновала она по палатам, опекая всех и всякого.
— Нет, голубчик, — говорила она в ответ на просьбу Воронова выписать поскорее.
— Коль попал к нам — отлежишь свое! В следующую катастрофу попасть еще успеешь! Да и гарантий нет, что так же легко отделаешься.
На том и порешили.
Еще два дня он пролежал, отсыпаясь, как на курорте. Просыпался, кажется, только для того, чтобы поесть, принять друзей да послушать бесконечные шоферские рассказы соседа, лежавшего уже второй месяц на доске с тяжелым переломом позвоночника.
Воронов не знал, что сонливость была ответной реакцией организма, как пояснила потом врач, на тяжелую встряску.
А пока каждый час без сна становился для него все мучительнее — не давали покоя мысли, как у них там, с мишеневским рейсом...
26
Забирал его из больницы Стуков. В машине Воронов спросил:
— Как операция? Не томи душу! Едва дождался выписки, чтоб ей провалиться, этой больничной жизни!
Стуков согласился:"
"— Что есть, то есть! Да ты не горюй — в следующий раз не скоро попадешь. А насчет дела, инспектор Воронов, оно почти закончено. Все нити привели к Станиславу Антоновичу.
Силен тип. Давно такого монстра не видел. Сначала было в позу, но ребята наши фильм сняли, как Чуев действует, и как товар недоложили, и как договаривались... Тут сразу мудрость Станислава Антоновича как бы не в то горло пошла. Все рассказал. Сознательный гражданин. Только отпирается, что давал указание Хвату убрать Хромова. Божится, что тот инициативу проявил. Будучи знаком с уголовным кодексом, я бы на его месте тоже божился... Хват сперва на случайность валил, а потом начал на Городецкого.
И похоже, правду говорит. Так что, ты еще наслушаешься информации от следователя, которому поручено вести дело...
— А кому? — спросил Воронов, прекрасно зная ответ.
— Угадал, — и Стуков ударил себя кулаком в грудь.
Они рассмеялись.
Машина плавно вписывалась в повороты, подчиняясь твердой руке опытного водителя, но Воронов нет-нет да и поглядывал опасливо на дорогу.
— Боишься скорости?
— Честно говоря, да.
— Ничего.
