С котелком и ложкой в руках, с поднятым воротом шинели (все сыпал и сыпал дождик со снегом), он вылез из кабины «студебеккера», груженного боезапасом, подошел. Подошел и сержант Корякин.
— Садись с нами! Поешь.
— У себя, — ответил Кузнецов, — тут рядом. Ну что, на высоту?
— На высоту, — Корякин вздохнул озабоченно: — Крутоват подъем с этого склона. Одолеем, как полагаешь?
— Попытаемся. Машины у нас с тобой мощные, потянут. Надо, чтобы потянули.
— Надо, — согласился Корякин. — Попробуем...
— Задание вам ясно, товарищ старший сержант? — спросил взводный.
Наши два орудия приданы стрелковому батальону. Бой — на том склоне высоты, нам приказано поддержать. Полный боекомплект — и выступаем. Поднимемся наверх — позицию выбирать самостоятельно. Я пойду с орудием Корякина.
— Ясно, товарищ лейтенант. — Кузнецов ответил серьезно и твердо, чуть нажимая на звание и этим давая понять, что его ни в коей мере не смущают молодость и неопытность взводного. Он знал: то и другое со временем проходит — на фронте человек скоро взрослеет.
Недаром здесь год за три считается. Эта неожиданная мысль вдруг удивила его самого: выходит, он уже почти десять лет воюет... — Все ясно, товарищ лейтенант, — повторил он. Знаю: тяжело там Бурову, надо торопиться. Танки подтягивают немцы...
— Срочно готовьтесь — и выступаем. Орудие Корякина готово. Так, сержант?
Корякин кивнул, оглядывая высоту.
— Крутоват все же подъем. Попыхтим.
— Разрешите осмотреть подножье, товарищ лейтенант? — сказал Кузнецов.
— Надо выбрать место, где лучше подниматься. Вслепую нельзя, можно засесть. Я быстро, на машине.
— Давайте, — согласился взводный.
— А ваше орудие следом пойдет, как выберу дорогу. Так надежнее.
— Добро. Выполняйте!
В голосе лейтенанта уже послышался командирский полубасок, и Кузнецов одобрительно улыбнулся ему одними глазами: так, мол, держать, командир, все в порядке. И ему показалось, что взводный это почувствовал."
"И он, лейтенант, нисколько не ревнует и не обижен тем, что комбат вызвал командира первого орудия и говорил с ним лично о предстоящем бое.
Значит, старший сержант заслуживает того. Что ж, посмотрим его теперь на высоте — как будет действовать. А пока, несмотря на награды и опыт, незаносчив, уважителен, чувствует в нем, взводном, командира. И это пришлось по душе лейтенанту, придало уверенности. Вот только бы самому достойно и умно провести бой, не оплошать.
