Значит, на этот раз они были без масок; вот только куда же они делись? Вряд ли они рискнут скрываться в лесопарке, слишком много народа кругом. Их наверняка ждала машина.
— Вы видели, куда они скрылись?
Инкассатор кивнул:
— Кажется... к развилке... через лес...
— Куда? Туда? — Ровнин показал налево. — Или в другую сторону? Налево? Или направо?
Молчит. Плохо, если он не ответит.
— Вы слышите? Куда они побежали? Налево?
— Н-нет... — губы инкассатора чуть шевельнулись. — Направо.
Направо. Значит, если у них была запасная машина и она была укрыта в лесу с правой стороны от выезда на развилку, они могли поехать только направо, по Приморскому шоссе.
Только направо, в город, и не иначе. Что же, они сами полезли в западню? Впрочем, почему в западню? Может быть, они просто решили раствориться среди загорающих на пляже. Инкассатор как будто отключился. Осматривая панель управления, баранку, сиденье в надежде, что остались хоть какие-то следы, Ровнин попытался прикинуть, сколько прошло времени с момента налета.
Примерно десять — двенадцать минут. Если они пробежали через лес к приготовленной заранее машине, от одиннадцати надо отнять минуту, ну, две. Остается девять. Округляем — значит, у них с самого начала было чистых десять минут на то, чтобы оторваться от погони. На машине с обычным мотором это километров двенадцать — пятнадцать. Приличная фора. Да еще его заминка здесь. Они успели уехать, вот только куда? К пляжам? Или к Москве? Треск мотоцикла. В коляске — парень лет тридцати с усиками и бакенбардами, за рулем совсем молодой лейтенант.
— Вот, — старшина кивнул на коляску. — Он мне сообщил.
— Вы видели столкновение? — спросил Ровнин.
— Да, — парень вышел из коляски. — Я сначала услышал удар. А потом вижу, фургон прямо в лоб «рафик» саданул. Хорошо еще, скорость небольшая. Обе машины — в кювет. Я хотел сначала остановиться, ну а потом думаю, там люди все равно есть, они из фургона вылезли, и рванул к посту.
— Четырнадцатый! — заговорили сразу обе рации, у старшины и у лейтенанта.
— Четырнадцатый, Волна вызывает! Вы слышите, четырнадцатый? Волна вызывает!
Это СКАМ.
— Волна, я семнадцатый-оперативный, вы меня поняли? — пригнувшись, сказал Ровнин в микрофон старшины. — Я семнадцатый-оперативный, нахожусь на месте аварии, это налет, выясняю обстоятельства налета! Сейчас свяжусь с вами, не уходите с волны, вы поняли меня, Волна?
— Понял вас, семнадцатый-оперативный. Жду.
