Посмотрела бы я, как бы они мечтали заполучить его, запри он их в подвале. Пусть в хорошо обставленном подвале, но запер!
— Значит, они действовали не по своей воле?
Приятнее думать, будто злодей околдовал их, чем понимать: они напали потому, что я им омерзительна вплоть до желания убить меня, словно какое-то насекомое.
— Они точно по своей воле занимались запрещённой магией. Что до нападения на тебя, то степень их вины определит следствие и суд. — Арендар втискивается на диван рядом со мной, пытается обнять. — Не переживай, их накажут по заслугам.
Неужели он не понимает, что меня ужасает мысль, будто простые девушки, с которыми я немного общалась, возненавидели меня настолько, что пытались убить? Не так важно, как их накажут, важно, что они сидели со мной за одним столом, болтали, а потом напали. Они почти убили Геринха! Они собирались держать меня в лесу возле академии, пока я буду медленно умирать от перегрузки источника магии.
Пока я содрогаюсь от отвращения и ужаса перед таким вероломством, Арендар улучает момент и обнимает меня за плечи, утыкается лбом в висок.
Его горячее дыхание колышет волоски.
— Выпустишь меня? — глухо спрашиваю я.
Глава 28
Вибрация глухого рыка передаётся мне через лоб и руку Арендара
— Я уже всё сказал.
— Но ты же не можешь меня здесь запереть до самого отбора? Мне уже сейчас плохо от этой тесноты! От осознания, что я не могу выйти.
— Хорошо, в свободное время я буду прогуливать тебя по территории академии. Подскакиваю:
— Я что, домашняя собачонка?
Облокотившись на спинку, Арендар задумчиво меня рассматривает.
А если он уйдёт по делам на несколько дней или неделю, что со мной будет?
— Почему ты так странно воспринимаешь мою заботу? — спрашивает Арендар.
— Потому что это ненормально, когда взрослого психически здорового человека без суда и следствия запирают в каком-то подвале.
— Это не подвал, это сокровищница, оборудованная для хранения ценностей проживающих в академии драконов. Сюда пускают только самых доверенных существ, а порой не пускают никого.
— Я бы поняла, если бы ты приказал мне жить в доме и удвоил охрану, с которой мне можно ходить на занятия, но зачем совсем запирать? Тем более меня убить пытаются из-за тебя, не было бы твоего повышенного внимания, и я была бы в безопасности.
Арендар темнеет лицом, глаза приобретают не золотой, а красноватый оттенок. Я отступаю на шаг. Ещё на один. Пушинка, наоборот, изо всех сил пытается к нему придвинуться.
— Поздно что-то менять, — Арендар сцепляет пальцы.
