— Мм, думал, Никалаэда или кто-нибудь из студентов тебя предупредил. Но в любом случае пусть лучше от тебя шарахаются, чем откровенно рассматривают.
Ревнивый драконище, да. Но что поделать, и правда сама виновата. Вздохнув, открываю меню.
— В следующий раз предупреждай, ладно, — получается немного обиженно. — Хорошо.
Перебирая блюда, снова вспоминаю о нашей цели, и настроение падает на несколько градусов. Подняв взгляд, сталкиваюсь с нежно-изучающим взглядом Арендара, от которого перехватывает дыхание и сердце ускоряет бег.
— Мы на суд не опоздаем? — От нестерпимого желания оказаться ближе подаюсь вперёд, край стола вжимается под рёбра.
— Без нас не начнут.
Меня обдаёт холодом:
— То есть эти девушки сейчас в ожидании приговора мучаются неизвестностью только потому, что мы здесь обедаем?
— Полчаса или час ничего не решат, не голодной же тебе туда идти.
По мне даже результаты экзамена ждать та ещё пытка, а тут… судьба решается. Сидеть взаперти и ждать-ждать-ждать. Меня передёргивает.
— Давай сначала с ними разберёмся, — захлопываю меню, — у меня кусок в горло не влезет, пока думаю, что они там решения ждут.
Арендар склоняет голову набок.
— Так переживать обо всех ты не должна, особенно о врагах.
— Почему?
— Нервов не хватит. — Арендар сцепляет пальцы. — Невозможно помочь всем, всех утешить и спасти, а пойманных врагов надо наказывать так, чтобы не пойманные тысячу раз подумали, прежде чем вредить.
Пушинка прижимает уши и пригибается, у меня самой внутри всё переворачивается и во рту пересыхает от тона Арендара: жёсткого, леденящего.
Но золотые глаза при этом спокойны и почти нежны.
— А как же сострадание? — взмахиваю рукой. — Их поймали, накажут, зачем излишняя жестокость?"
"— Пример. Не все способны учиться на чужих ошибках, но некоторые это делать умеют. — Арендар тоже закрывает меню. — Хорошо, если хочешь проявить милосердие — пойдём.
— А ты не хочешь?
В его глазах вспыхивают искорки.
— Я уже проявил. Мне стоило огромного труда не растерзать их на месте, не покарать их семьи, которые воспитали их без уважения к законам и власти драконов.
— Арендар поднимается и протягивает мне руку.
— И как ты сдержался? — Осторожно касаюсь кончиков его пальцев.
— Подумал, что ты огорчишься и, возможно, не захочешь целоваться с драконом, который откусывал студенткам головы.
— А ты не?.. — Меня пробирает лёгкой дрожью. — Ни разу?
— Нет, конечно, — улыбается Арендар. — Это считается дурным тоном.
