Не знаю, мне было бы жалко титул отдавать непонятно кому. Но и бедность плохой выбор… Не представляю, как бы поступила на их месте. Одно знаю точно: не пыталась бы убить потенциальных конкуренток.
Рёв сотрясает ложу. Я оглядываюсь по сторонам.
— Начинается. — Арендар дёргает верёвку, огоньки гаснут, а шторы распахиваются.
Мы в театре. Круглая сцена озарена свисающими с потолка светильниками. В центре её на каменном постаменте — металлический тёмный шар с золотыми символами. В партере сидят мужчины и женщины, кто-то держится за руки, кто-то всхлипывает, некоторые застыли с неестественно прямыми спинами.
— Родственники подсудимых, — шепчет Арендар, практически в тот же миг, как я сама догадываюсь, кто это.
Снова всё сотрясает рёв. Всё, кроме сцены и самых близких к ней людей, утопает в такой темноте, что становится понятно: не только наша с Арендаром ложа чёрная — стены, пол и потолок такие. Другой цвет имеют лишь посетители, сцена и жуткий шар.
— Суд готов вынести решение! — прокатывается по залу мощный баритон.
Дыхание перехватывает, я вцепляюсь в ладонь Арендара.
— Вывести подсудимых, — снова громыхает голос.
Тонкий плач наполняет воздух. Из черноты, словно из ниоткуда, на сцену выводят трёх мертвенно-бледных девушек в браслетах с пылающими символами. Не сразу удаётся разглядеть сопровождающих их людей: они в чёрной одежде и чёрных масках, будто ожившие тени.
Страшно даже мне, находящейся в тридцати метрах от них, никак не зависящей от приговора. Девушек потряхивает.
— Рассмотрев все доказательства и контраргументы, суд признаёт подсудимых виновными.
Судорожные охи, вскрик, шорохи. Невозможно дышать от напряжения.
— Наказание определит степень вины.
Чёрные тени подхватывают Ларгетту под руки и тянут к сфере в центре. Ларгетта упирается, мотает головой.
— Что там? — шепчу я.
Покрытие сферы раскрывается на узкие лепестки, высвобождая белое нутро… Они расходятся, пока не превращаются в подобие блюда. Ларгетта стоит перед обнажившейся белой сферой — такая же белая от ужаса.
"
"В сфере раскрывается зрачок, из него на лицо Ларгетты падает луч голубоватого света. Она дёргается, пытается отвернуться, но чёрные люди крепко держат её, даже когда её выгибают судороги.
Свет угасает, обмякшая Ларгетта повисает на почти неразличимых руках.
Сфера покрывается тёмными пятнами, ураганами смешивающихся красок, пока они не заполняют её ровным красным цветом.
— Ларгетта Совинар. Степень вины — пять.
Одна из женщин срывается на крик.
