Почётным караулом выстраиваются по кругу и застывают.
Так и стоим, пока Линарэн, натянув гогглы, изучает кокон, а на улицы вокруг банка возвращается жизнь: люди выглядывают в окна, собираются зеваки, и стражникам приходится выстраивать оцепление. Куда-то исчезают Эзалон с Огнадом.
Как будто всё возвращается на круги своя, но мне не по себе, желудок противно сжимается от дурного предчувствия. Хочется плакать. И к Арендару, чтобы он обнял и сказал, что всё будет хорошо.
Обнимает меня вставшая на задние лапы Пушинка, утыкается мордочкой в бок:
— Охоньки.
Задумчиво постукивая тонким кристаллом по губам, Линарэн возвращается к нам. Гогглы с мерцающими магическими печатями на тёмном стекле делают его лицо жутко отстранённым.
— Вы были здесь, когда всё началось?
— Да, — киваю я.
— Как появился вестник?
— Вылез из-под пола. А что? — Мне снова нехорошо: рассказывать о странных ящиках? Или они были ни при чём? А если выдам себя, не станет ли хуже, ведь если я Видящая, то… от Видящей императрицы же избавились, и вся дворцовая стража её не спасла.
Мысли проносятся быстро, но сердце за эти мгновения ускоряется несколько раз, и его стук превращается в размазанный гул в ушах, заглушающий слова Линарэна.
«Что делать? — стучит в висках. — Что делать? Как лучше поступить?»
Взгляд зацепляется за мелькнувшие в чёрной дымке рыжие волосы… Эту дымку все видят или только я? Бешено колотящееся сердце ухает куда-то в пятки. Из дымки выступает Элоранарр и вздрагивает от моего взгляда, замирает, с жадностью глядя в ответ.
Отпрянув, натыкаюсь на Тарлона.
— Старший принц вышел! — тот подскакивает. — Он видел кристалл? Он знает, что с инфокристаллом банка?
Пронзительный взгляд Элоранарра парализует меня, не даёт отвернуться, вдохнуть глубоко. Даже кажется, что между нами густеет воздух, наливается тревожным багрянцем.
— С тобой бесполезно разговаривать, — констатирует Линарэн.
К Элоранарру подходит гвардеец, разрывая мучительный зрительный контакт. Я отмираю, вдыхаю глубоко.
Закрываю лицо руками: это всё плохо кончится, Арендар и Элоранарр из-за меня поссорятся, я каждой клеточкой чувствую неизбежность этого, опять ощущаю на себе прожигающий, ревнивый, собственнический взгляд, и уже неважно, что там бормочет Тарлон, говорит Линарэн. Тошно от осознания надвигающейся катастрофы.
Раздуваясь, шипит Пушинка.
— Инфокристалл банка в порядке? — выпаливает Тарлон.
— Лера, ты как? — Элоранарр уже рядом, сжимает мои плечи.
