А вот я… почувствовала себя глупо: следовало догадаться, что наше появление привлечёт слишком много внимания. Но отступать поздно.
С самым независимым видом направляюсь к стойке с подносами. Чужие взгляды аж припекают. Надо было от обеда отказаться. Или согласиться на пикник.
С царственным спокойствием Арендар берёт два подноса. И хорошо: кажется, у меня руки сейчас задрожат.
Зоида, нервно икая, поднимается из-за прилавка и приглаживает волосы. Как-то странно смотрит на Пушинку на плече Арендара.
— Добрый день, — здоровается тот.
— Д-добрый, — сдавленно лепечет Зоида. — Что… чего изволите?
— То же, что и она. — Арендар коротким жестом указывает на меня.
Нашёл на кого ответственность возложить: я тут сквозь землю провалиться мечтаю, голос от волнения сдавливает, а он вешает на меня выбор. Практически наугад тыкаю в мармиты. Зоида трясущейся рукой накладывает мне порции поменьше, а Арендару наваливает целые горы, словно он сюда в драконьем виде заявился.
Увлёкшись мыслями о драконище, не замечаю, как на моём подносе оказывается еды раз в пять больше, чем я в состоянии съесть.
Арендар вопросительно оглядывает мою еду, меня. Похоже, в его голове одно с другим не складывается, но он деликатно молчит.
Ещё бы дотащить до стола всё моё богатство. Арендар взмахом руки поднимает оба подноса в воздух и направляется к столам. Подносы ровно летят за ним. Как ни странно, никто не пытается посидеть рядом с наследным принцем — нам молниеносно освобождают стол. Один из парней рукавом стирает жирное пятно со столешницы.
Подносы мягко опускаются на стол. Всё смотрят. У меня розовеют щёки. Но назвалась груздем — надо и в кузов лезть.
Сажусь на скамейку. Арендар устраивается напротив. Пушинка на его плече, снова развернувшись в подобие обезьянки, прикладывает лапки к скуле Арендара и ласково поглаживает.
— Оии, — восторженно выдыхает Пушинка и гладит его щёку. — Оиии.
Она влюблёно смотрит на Арендара. Оставив в покое щёку, перебирает лапками вьющиеся пряди, пропускает их между лапками.
— Оии, — воркует Пушинка, ухватывает Арендара за мочку уха.
— Оиии…
Кто-то из студентов нервно усмехается. Распахивается дверь, и зал наполняет гомон, но тут же стихает. Меня жутко тянет обернуться к входу, но я берусь за ложку, желаю:
— Приятного аппетита.
— Оии, — Пушинка снова гладит скулу Арендара. До брови дотягивается и ласково ласково уверяет: — Оии.
Арендар сводит ладони, и уши закладывает. Сглотнув, понимаю, что стало намного тише. Только что вошедшие набирают еду.
