Меня тоже пробирает лёгкой дрожью, но разум после этого проясняется, дышать становится легче, и я осознаю, что была возбуждена практически до одурения.
Как так-то? Я полчаса назад Арендара и его резкости почти боялась, и тут вдруг вся растаяла, как мороженка в пустыне.
— Вино, — тоже приглаживаю волосы. — В нём что-то подмешано?
У Арендара раздуваются ноздри, заостряются скулы:
— За кого ты меня принимаешь?
На мгновение застываю и неуверенно прошу:
— Прости, просто… Я не собиралась так быстро успокаиваться. То есть, я, конечно, планировала успокоиться.
— Встряхиваю головой. — То есть, я собиралась стоять на своём, но спокойно. Можно ведь всё обсудить спокойно?
Он с мученическим видом поднимает взгляд к потолку. Вздохнув, отвечает:
— Можно, конечно. А можно не обсуждать и позволить всему идти своим чередом.
Схватив со стола яблоко, прикрываюсь им, точно щитом. Арендар опускает взгляд на мои напряжённые пальцы. Если бы в таком напряжении держал яблоко он, оно бы разлетелось на куски. Или сплющилось бы в яблочное пюре? Забавная мысль помогает немного расслабиться, и я поясняю:
— Арендар, меня пугаешь не ты, хотя и ты немного тоже… — (Он хмурится).
— И я не против отношений с тобой, хотя это всё слишком внезапно, поспешно и вообще… мне кажется, что я и принц — это… ну, неправильно как-то, мы слишком разные, даже если не учитывать твою драконистость. Я просто хочу семью полноценную по моим понятиям: муж, жена, дети. И я очень боюсь, что в случае неудачи с ритуалом…
— Давай не будем об этом.
— Ты не понимаешь: я не хочу остаться одна только потому, что вы, драконы, не привыкли себе ни в чём отказывать.
— Я уверен, что ты моя избранная.
— А если нет? Что, если среди других кандидаток будет более подходящая? Ведь не ты выбираешь, а артефакт. Он учитывает твои желания?
— Только совместимость.
— Вот видишь. Для тебя такое привычно, а для меня дико, странно, чистой воды безумие.
Эхо вторит нашим голосам, Пушинка переводит взгляд с меня на Арендара и обратно.
— Можно было бы жениться на тебе без этих ритуалов — я бы так и сделал.
Уверен, что в итоге этим и кончится, поэтому тебе не стоит опасаться.
— Если так уверен, поклянись, что в случае неудачи с ритуалом отпустишь меня жить своей жизнью.
Он так плотно стискивает губы, что они кажутся тонким росчерком. Он не уверен, что артефакт меня выберет или его раздражает сама просьба?
Наверное, у них есть способы принести нерушимую клятву. Ну конечно, клятва на крови! Я аж подскакиваю.
