— В тот раз неплохо получилось...»
«Нет!» — я непреклонна: в этот раз правда почти на стороне Элоранарра.
Окно его башни вылетает с грохотом.
— Перья отдайте! — Выскакивая наружу, Элоранарр задевает стену крылом и ухватывается за нее когтями, чтобы не упасть.
Мы с Ланабет, переглянувшись, рывком облетаем башню и устремляемся к дворцу.
— Верните! — гаснет в шуме ветра крик Элоранарра.
Ослепленная сиянием магии, я почти не вижу, как Ланабет на лету распахивает окно, и чудом не пролетаю мимо него.
Наконец, чуть не зацепившись платьем, вваливаюсь на паркет. Ланабет едва успевает захлопнуть окно, хватает меня за запястье и тянет прочь.
— Давно мечтала это сделать! — со смехом признается она под хруст разлетающегося окна.
Мы сворачиваем, проносимся мимо ошеломленных фрейлин, ныряем в какой-то тайный переход, бежим вверх, потом по коридору, снова вниз.
— Перья отдайте! — снова доносится до нас, и Ланабет фыркает:
— Пусть сначала догонит! Валерия, давай быстрее!
Встречаться с разгневанным Элоранарром совсем не хочется, приходится бежать следом за смеющейся Ланабет.
Сколько же он у нее перьев украл, что она так довольна ощипыванием его коллекции?
В гостиную Элоранарр входит молча, гордо вздернув подбородок и делая вид, что здесь никого нет. Золотая чешуя на его камзоле и штанах поблескивает в такт шагам, пока он встает рядом с императором и Видаром в таких же чешуйчатых нарядах.
— Все в сборе, — безмятежно улыбается Ланабет.
По ее невинному и царственному виду ни за что не догадаешься, что она с удовольствием бегала со мной по дворцу от Элоранарра и воодушевленно прятала перья.
С именным пером вышла засада: оно, как показала надпись, не дедулино, а Вальдемира. Когда мы с Ареном переместились в особняк Флосов, дядя чуть дара речи не лишился, получив его обратно. Дома был только он и Сильвана, остальные поехали в город. Вальдемир крутил перо в пальцах, мялся, Сильвана тоже смотрела на перо как-то странно, нервно теребила седую прядь.
В конце концов, Вальдемар выдавил:
«Спасибо... это... мне его Элида подарила».
Чуть встряхиваю головой, пытаясь избавиться от неуместного воспоминания. Снова оглядываю подол платья. Оно тоже покрыто золотой чешуей от лифа до чуть расширяющегося к низу подола. И Арен рядом блестит чешуйками. Только у читающего какой-то отчет Линарэна чешуя на одежде черная.
— Пора, — произносит Арен и сжимает мою ладонь.
