Папа увлекает меня в кружение вальса. Долго молчит, потерянно разглядывая лицо. Из-за набитых в одежду кристаллов на ощупь он кажется каменным.
— Нет, я не верю, что все это происходит на самом деле, — произносит папа, и мы проскальзываем мимо танцующего с мамой Арена.
— Но это происходит.
— Невероятно. — Папа оглядывается по сторонам. — Просто невероятно, что это все существует. Может, я просто брежу? Вон тот вампир очень похож на мужчину, с которым я однажды ехал в одном плацкарте. А ведь не может быть, чтобы я ехал в поезде с вампиром.
Оглядываюсь: Санаду что-то говорит Геринху, а тот кивает.
— Если ты об архивампире, который говорит с желтоглазым парнем, то вполне мог: он некоторое время жил на Земле.
— А... — папа несколько мгновений танцует с приоткрытым ртом. Кивает. Склоняет голову. — В принципе, логично: если есть возможность путешествовать между мирами, кто-то путешествует.
— Верно.
Мелодия постепенно сходит на нет. Остановившись, папа целует меня в лоб.
— Будь счастлива, Лерочка.
— Обязательно.
Папа передает меня дедуле. Тот не рефлексирует: желает счастья, любви, детей, спокойного правления, терпения, чтобы вынести тяжелый драконий характер, и снова счастья. Моя мама тоже что-то бодро говорит танцующему с ней Арену.
Пришедший на смену дедуле император краток и желает нам скорее получить трон. Видар советует хорошенько повеселиться, прежде чем принимать власть. Элоранарр вроде сначала хочет подойти со мной потанцевать, но, покосившись на Арена, жалуется на то, что повредил на скачках ногу и отступает.
Костя вскидывает руки:
— Я пас, я танцевать не умею.
Приглашает меня и Бальтар. Ему немного неловко, и потому он, зацепившись взглядом за сидящего с двумя подносами Герда, улыбается:
— Думаю, сегодня он счастлив не меньше вас.
Ингар весь танец смущенно краснеет. Оторвавшийся от поедания угощений Герд во время вальса, сверкая глазами, перечисляет все самые вкусные блюда праздника. Гаддак, вроде как собирающийся меня пригласить, в последний момент сбегает к моему невероятному облегчению.
Наставник Дарион во время танца тоже желает мне терпения.
— Почему терпения? — не выдерживаю я. — Вроде Арен успокоился, у нас все хорошо.
— А я так, на всякий случай, — улыбается Дарион.
После наставника со мной явно вознамерились потанцевать следователи.
«Лера, я их сейчас покусаю», — мысленно ворчит Арен.
«Арен, через часик я буду только твоя, пусть потанцуют, мы надолго расстаемся».
