Арен несет меня в темноту, но та не беспросветная, как мне казалось вначале. Когда глаза привыкают к слабому освещению, я различаю золотистые проблески на каменных стенах. И чем глубже мы заходим, тем ярче блеск, на шероховатой поверхности сверкают сломы неведомой блестящей породы, а в некоторых местах в стену вплавлены драгоценные и полудрагоценные камни.
И здесь жарко. Приятно жарко. Пахнет травами. Впереди брезжит радужный свет, все ярче играет на стенах. Сердцебиение учащается, я прикрываю глаза рукой, спасаясь от нестерпимого после полумрака сияния.
Запах трав усиливается, что-то потрескивает... кажется, огонь. Я убираю руку и, моргнув, оглядываю громадную пещеру.
В разломе в левом углу алеет лава, а над ней, разложенные в висящей металлической чаше, потрескивают и испускают легкий дымок пряные благовония. С другой стороны пещеры источает пар овальный резервуар с водой — этакая ванна на двоих. Впрочем, в нее человек десять влезет.
А посередине, под сияющими кристаллами потолка, все устелено шкурами.
И за ними стоят ларцы, на одном из которых выставлены тарелки с фруктами.
— Я все приготовил заранее, — Арен ставит меня на пол и обнимает за плечи. — Есть запас зачарованной еды, ее в принципе хватит до конца срока, а неподалеку охотничьи угодья, я буду приносить тебе мясо. — Он встает мне за спину и начинает распускать шнуровку на нижней части лифа. — Зачем шкуры — сама понимаешь.
Шнуровка подозрительно трещит, а в следующим миг Арен размыкает петлю платья на шее и резко сдергивает его вниз.
— Наконец-то, — шепчет он и снимает с моей головы корону, вместе со своей кладет ее у наших ног и обходит меня по кругу, внимательно разглядывая «огненный» комплект белья. — Чудесно, просто чудесно. — Он протягивает коготки к кружевам. — А это все мы сейчас мигом спалим, чтобы не закрывало мое сокровище.
Спалим? Мой комплект белья, который я контрабандой с Земли привезла?
— Не смей! — Выскочив из вороха платья, отбегаю в сторону, прикрывая дефицитный товар. — У меня их количество ограничено.
— Красиво гореть будет, — обещает Арен и сбрасывает расшитый золотом сюртук. Бросается за мной, на ходу сдергивая рубашку.
— Я же обожгусь! — Отбегаю вдоль кромки разложенных шкур.
— Не обожжешься, обещаю, — Арен срезает угол, пробегая по меху, но, не успев меня ухватить, останавливается и стаскивает с себя сапоги и штаны. — Лера, ты же смелая, замри, и я освобожу тебя от этих кружев.
— Арен, я сама их сниму, — жалобно обещаю я, медленно отступая.
