Резко распахиваются в дымных облаках Ужаса щели, всасывают скелеты и окутанных дымкой вампиров, перемалывают.
Взвывает флейта. Расширяются, натягиваются фосфоресцирующие канаты, силясь выдернуть назад кости, но канаты обрываются, их нити затягивает в пасти Безымянного ужаса. Судороги проходят по его телу, он отчаянно пытается вдавить рану в размолотую землю, чтобы скрыть от нас ее края.
Наконец дают залп пушки — по Заранее с ее частью Безымянного ужаса. Нас встряхивает взрывной волной. Эеранцы с орками и оружием гномов остались с ней один на один.
Взмывшие в небо драконы — золотые, белые, перламутровые, алые, синие, зеленые, серебряные, коричневые — кружатся в безумном хороводе, с безопасного расстояния выплевывая в нее огонь, заклинания стихий, замораживая. Поднявшаяся выше Ланабет снова стреляет из лука, хотя сияние ее стрел не такое яркое, как прежде.
Линарэн подлетает к брюху чудовища и прижимает ладонь к земле. Удар его призванного оружия расщепляет часть основания отделившегося куска Безымянного ужаса.
И тут же Риэль оттаскивает Линарэна подальше от ударов когтистых лап.
Взвиваются из земли лозы эльфов, опутывают основание чудовищной твари, тянутся к засевшей в верхушке Заранее.
Мы с Ареном носимся над мелкими — мелкими в сравнении с Ужасом, так-то они почти с драконов размером — чудовищами, поливая их ударами, не позволяя рвануть к оркам и эеранцем, связывая тварей боем. Рядом то поднимаются, то рассыпаются костяные драконы и демоны, некоторые после клыков мелких тварей рассыпаются навсегда.
Мы стреляем, уворачиваемся от ударов, помогаем зажатым тварями вампирам, и костяным воинам тоже помогаем, и снова и снова встаем на пути готовой хлынуть во все стороны армии чудовищ, а Безымянный ужас все плотнее скручивает раненый бок, закрывая прореху, все труднее бить в нее скелетам и вампирам, а из открывающихся пастей теперь выдвигаются челюсти, чтобы хватать добычу на расстоянии...
«Лера, я устала», — чуть не плачет Рассекающая.
«Мы еще можем стрелять», — рычит присоединившийся к ударам Пронзающий.
Я не чувствую крыльев, не чувствую ничего. Будто выключили все эмоции, но я знаю, помню, что надо уничтожать клыкастых, пожирающих магию тварей, надо атаковать, надо сражаться, сражаться, сражаться до конца, до последнего взмаха крыльями, до последнего вдоха — если потребуется.
Взывает к бою флейта Нергала. Встает между нами и усталостью мелодия эеранских бардов. Задает ритм колдовская музыка орков.
