Если смотреть только на неё, можно подумать, мы на самом обычном чаепитии.
После того, как все допивают по чашке, Ланабет поднимается:
– Благодарю за столь чудесно проведённое время, надеюсь снова принимать вас во дворце. И, надеюсь, вы скажете, кто продал вам информацию о сокровищах Арена.
Помедлив, Вольдемир признаётся:
– Лорд Шиан.
– Мы учтём это, – обещает Ланабет.
Вольдемир откланивается ей и мне с Ареном, Сильвана и Мелада приседают в реверансах, сдержанно благодарят.
– Простите наше дерзкое поведение, – вновь кланяется Вольдемир и подхватывает жену под руку.
– Это не повторится.
– Я в этом более чем уверена, – улыбается Ланабет."
"Сильвана подходит к дедушке и просто берёт его под руку. Он несколько мгновений смотрит на неё, в спину Вольдемира. У меня щемит сердце и… не хочется отпускать дедулю.
– Позвольте откланяться, – он тоже кланяется Ланабет. – Благодарю за помощь. Позаботьтесь о Валерии, пока меня не будет.
– О ней есть кому позаботиться, – Ланабет указывает на стоящего рядом со мной Арена.
Мне дедуля подмигивает. Кланяется нам обоим и вместе с Сильваной неспешно покидает гостиную.
Наворачиваются слёзы, но я изо всех сил сдерживаю их.
– Им нужно пообщаться, – напоминает Арен и заправляет прядь моих волос за ухо. – Он столько лет был в твоём распоряжении, им тоже хочется. А ему надо рассказать о тебе.
Киваю несколько раз. Я всё понимаю, но как-то тревожно, я только дедулю обрела, а его уже забирают.
– Лучше давай спрячем куда-нибудь перья, – предлагает Арен и кивает на сложенные на краю стола «сокровища».
– Зачем? – не понимаю я.
Теребящая салфетку Ланабет усмехается:
– Арен и Линарэн – временные хранители. Элор всегда отдаёт им перья, которые будут искать, чтобы они приберегли их до тех пор, пока шум не уляжется.
– А после того как спрячем перья, – Арен пробегается пальцами по моей спине. – Устроим вечернюю драконью разминку.
Похоже, он всерьёз решил заняться моим одракониванием.
***
В свете заходящего солнца золотая чешуя кажется красной. Следом за Ареном я старательно вытягиваю заднюю лапу вверх, и хвост почти не отрывается от газона.
Вспышка золотого огня подсвечивает угол дворца.
В следующий миг спокойную тишину, разреженную лишь шелестом листьев да далёким треньканьем птичек, разрывает крик:
– Я же просил не красть перья у Фламиров!
– У меня их не нашли! – голос Элоранарра полон возмущения. – Не надо пустых обвинений.
