Иссена оглядывается на меня, но я отрицательно качаю головой: понимаю, она хочет, чтобы я ярче разожгла огненные щиты, которыми учусь прикрывать остальных, но мне трудно ими управлять, боюсь обжечь ребят, поэтому пока использую их в слабом режиме.
«Мне пострелять сегодня дадут или как?» – обиженно бубнит Пронзающий, ведь Дарион велел мне работать палашом.
На тренировочную площадку выплёскивается тёплый свет.
– Мне кажется, им давно пора перекусить, – обманчиво мягко замечает Ланабет.
Она стоит на границе тренировочной площадки, очерченная сиянием парящих светильников.
За ней ждут слуги с подносами, так что она явно не предлагает, а настаивает.
– Пусть поедят, немощи, – бросает Дарион.
Иссена, Вильгетта и Ника смотрят на неё с надеждой, аж вперёд подаются, а через сковороду приходит вопрос Ники: «Она ведь скажет, что уже хватит? Заберёт нас отсюда?»
«Я бы на это не рассчитывала», – устало отзываюсь я.
«Так попроси её, – предлагает Вильгетта, еле держащая посох. – У меня сейчас руки отвалятся столько махать».
«Не поможет, я серьёзно», – у самой руки, когда вкладываю Рассекающую в ножны, дрожат от усталости.
Не объяснять же, что Ланабет из мира, где у женщин железные яйца и не менее крепкая выдержка.
Дарион организует нам столы: как оказалось, Ланабет не забыла и о создающих големов гвардейцах.
– Приятного аппетита и плодотворной тренировки, – желает она и разворачивается к дворцу.
На обращённых к ней лицах парней такое же тоскливое разочарование, как и у девчонок.
– Что рты пооткрывали? – взрыкивает Дарион.
– Вилки в руки и вперёд, время не ждёт.
У меня мелькает крамольная мысль вызвать Арена и умолять о спасении, но я беру вилку и втыкаю её в сочный кусок рыбы: Дарион прав, время не ждёт.
***"
"Отпускает нас Дарион ближе к полуночи… ну как отпускает: просто сдаётся, поняв, что лёгшая на землю и прикрывшаяся щитом Иссена не встанет, сколько на неё ни рычи, а Вильгетта правда настолько устала, что не может поднять посох.
– Девочки сдаются, а мальчики как? – грозно уточняет Дарион.
Мальчики молчат, но опущенные алебарда и секира говорят сами за себя.
«А я бы пострелял», – капризно напоминает о себе Пронзающий.
– Идите, хлюпики, – отмахивается Дарион и отходит к своим гвардейцам.
А мы… ну мы с неожиданной прытью уносимся с площадки.
– Какие вы ещё резвые, – несётся нам вслед.
Мы припускаем вперёд. Возле дворца, когда уже попадаем в свет узких окон, Вильгетта падает на траву, за ней Иссена, валится рядом Ника, я.
