Последний попаданец 8 (СИ)

 — Давай! Выпей её всю!»

Я старался изо всех сил, и в следующую минуту всё остальное потеряло всякий смысл, и единственное, что меня интересовало — это льющаяся в горло горячая кровь…

«Стоп! СТОЙ! ОНА СДОХЛА!»

Поняв, что я не слушаю, Виза взмахнула крыльями и буквально оторвала меня от мёртвого тела.

«Нельзя дохлятину! Плохо станет».

Фух… Вот это да! Прямо как длительный оргазм… Нет! Как применение магии иллюзии… Пил бы и пил… Я с блаженной улыбкой растянулся на каменном полу и уставился в потолок. Вот сейчас бы сигаретку… Но нет — курить вредно.

«О! Там же ещё одна есть!»

Я вскочил и бросился ко второй куро-собаке, но тут с сожалением понял, что та уже померла.

«Не беда! — тоже с тоской в голосе вздохнула Виза. — Да и нельзя сразу много».

Я снова лёг на каменный пол.

Мы лежали с полчаса. Кайф уходил медленно, а повреждения излечились почти сразу. Классная тема. Не отказался бы от такой абилки.

«Пора дальше идти», — с трудом отрывая себя от каменного пола, пробормотал я.

«Ага, — сонно протянула Виза.

С берега лавового озера вёл только один выход. Опять тёмный, но сейчас это пугало гораздо меньше.

«Длинный коридор, потом поворот, дальше большая пещера, и там что-то журчит».

Всё оказалось почти как предсказывала Виза. Отличие заключалось в том, что туннель кончался не пещерой, а вполне себе рукотворным тёмным залом длиной тридцать, а шириной двадцать метров.

«Склеп напоминает», — пробормотал я.

«В склепах гробницы должны быть, дурачок.

Ну, может, и не склеп.

Вдоль правой стены зала стояли пять четырёметровых статуй существ, очень напоминающих восставших из мёртвых ангелов. Их распахнутые крылья были обожжены, глазницы пусты, а в когтистых руках-лапах каждый из них держал кувшин, из которого тонкой струйкой лилась вода.

Вдоль второй стены, точно напротив зловещих изваяний, находились чёрные пустые чаши, и над каждой из них сияла надпись.

В третьей стене был круглый проём выхода, но сейчас его перекрывал мерцающий магический щит.

Похоже, наш тамада приготовил очередной интересный и наверняка смертоносный конкурс.

Между тем надписи гласили:

«Сладкий». «Кислый». «Соленый». «Горький». «Острый».

«Вроде просто всё, — ухмыльнулся я, разглядывая нависших надо мной грозных существ и описывая Визе обстановку. — Сейчас попробуем воду и распределим её по чашам».

«М-м-м… Тут такое дело, Илюша… — едва слышно пробормотала Виза.