Последний реанорец. Том IX

Между прочим… сегодняшний ночной «променад» у вас назначен именно со мной.

Матерь Бездна, мне сейчас послышалось? Бывшая великая княжна говорит настолько соблазнительные слова да еще и в подобном месте, где нас могут заметить в любой момент? Да таким выходкам позавидуют даже великовозрастные вьеры!

Поэтому хватило слабого эфирного импульса, чтобы убедиться в том, что прямо сейчас мы находимся вне поля чужого зрения.

‒ Раз моя жена настаивает, ‒ деланно приподняв брови, ухмыльнулся я, между делом сжимая податливую грудь, прижимая её к стойке с оружием и нежно целуя девушку в шею, отчего её дыхание мгновенно участилось и забыв обо всём та запустила свои пальчики мне в волосы и отдалась во власть поцелуя, даже её глаза были затуманены в данную секунду.

Момент интимной близости продлился не более пяти вдохов, но аристократка есть аристократка. Виктория, пересилив вспыхнувшую страсть, в мгновение ока взяла себя в руки и обдав шею обжигающим дыханием и вновь раз мазнув своими губами по моим, медленно от меня отстранилась и быстро поправив своё одеяние в районе ягодиц и груди, подняла на меня горящий от вожделения взгляд.

‒ Более доброго человека, чем Яков Сергеевич я еще не встречала, но лучше будь с ним осторожен, Тар. Не сомневаюсь, что сейчас ты невероятно силен, но гранды ‒ это не обычные духовные воители. И не забудь о нашем ночном… «променаде», ‒ стремительно удаляясь от меня, прошептала себе под нос Вика, прекрасно зная, что я её услышу.

Стоило сделать несколько шагов следом за супругой, чтобы миновать стойки с оружием, как я сразу лицом к лицу столкнулся с Салтыковым, который также был облачен в тренировочный доспех. В руках тот под стать себе удерживал массивный протазан, а на спине в свободной манере висел щит.

Щит и протазан его. Мощные артефакты. Не удивлён.

‒ Готов? ‒ со слабой улыбкой осведомился старик.

‒ Более чем готов, ‒ кивнул я, а после рукой указал на арену.

‒ Отец, что скажешь? ‒ нетерпеливо поинтересовался Ростислав, быстро примчавшись к наблюдательным местам, а затем с едкой ухмылкой искоса взглянул на приближающуюся Викторию. ‒ Сестра, а ты быстро. И почему такая смущенная?

На укол брата бывшая великая княжна лишь фыркнула и клюнув отца и деда в подставленные щеки, направилась в сторону царственной бабки и матери, которые обсуждали что-то под пологом тишины.