Последний реанорец. Том IX

Князь Лазарев хоть и был гораздо быстрее, но при каждом столкновении двух воителей, советника отбрасывало на два или три шага назад, в то время как Салтыков со щитом в руках походил на непоколебимую гору. Все атаки седовласого юноши были успешно блокированы. С каждым вдохом, что с одной стороны, что с другой скорость и расход силы продолжали увеличиваться, вот только в одно из мгновений произошло то, что многие и предполагали.

Во время одного из акробатических кульбитов красноглазого юноши щит гранда под действием металлической силы внезапно увеличился в размерах, а за спиной у него сформировалось сразу с десяток абсолютно одинаковых лезвий.

Все призванные орудия оказались тотчас отбиты порхающими джадами, тем не менее огромных размеров башенный щит тому отразить не удалось. Металлическая стена в мгновение ока встретилась с правым плечом парня. Не прошло и доли мгновения, как арена вновь содрогнулась, а тело князя Лазарева преобразившись в настоящее пушечное ядро отправилось к ближайшему барьеру.

Однако в момент, когда спина столпа должна была встретиться с защитным куполом рёв молнии стал снова оглушительным.

Сверху спикировал яростный разряд, который беспощадно ударил своего же владельца, тем самым остановив безумный выпад гранда и прижав Палача Империи к земле.

Пару мгновений тот так и стоял поодаль от своего противника неспешно разминая руку, а затем впервые с начала боя на равнодушном лице советника образовалась загадочная улыбка, вот только на физиономии Салтыкова усмешка была не меньше.

Правда, она тотчас смешалась с удивлением, когда яростная сила молнии начала медленно сгущаться, напоминая кисель, в воздухе же стал отчетливо чувствоваться запах свежей крови, а затем Палач Империи шагнул вперед, что-то пробормотав себе под нос.

‒ Чтоб меня! Бать! Это оно! ‒ вдруг вскочил на ноги разнервничавшийся цесаревич, жадно сглатывая и во все глаза глядя на изменение уровня силы и резко переводя взор на отца и деда. ‒ Это единение…

‒ Вижу, ‒ с заметным изумлением тихо прошептал Владимир, поднимаясь на ноги вслед за сыном.

‒ Прекрасно вижу. Я не думал, что он может входить в него по собственной воле… Ох уж этот Захар…

Сучья кровь! А старый прохиндей неплох! Повреждений немного, но удары его более чем ощутимы. Причем работает он не во всю силу. Но разрази меня трижды Бездна! Как же трудно притворяться и использовать слабые техники. Хотя в целом плевать. Пора завязывать… На поздних этапах своего развития я не проигрывал мастеру Уартерату.