Последний реанорец. Том IX

Как его жены именно мы должны заниматься подобным, ‒ поддержала её Вика. ‒ Не будем лезть в дела нашего мужа. Претворим в жизнь свою задумку. Их рода пожалеют, что связались с Лазаревыми. К тому же Прасковья готова. Почти готова…

Трепещи Ракуима! Дрянь несусветная! Будь оно всё проклято…

Правда, закончить свою молитву я не успел, потому как слабая вибрация в нагрудном кармане выбила меня из нужной колеи. Пришлось даже разлепить веки и отведя взор от невозмутимого Решетникова, взглянуть на экран телефона.

Эйгоу, ах ты выкормыш могильного шакала! Крыса изворотливая! Начинай молиться всем известным богам. Твои грехи уже давным-давно перевесили все мыслимые и немыслимые рамки.

Сучья кровь! Догадываюсь откуда растут ноги. Выпотрошу ублюдков.

На целую минуту возникла пауза в обмене сообщений, однако следующее уведомление поставило всё на свои места.

Глава 7. Смерть на каждом шагу и первый оборот рунного тела.

Чтоб меня херувимы на свои копья света вознесли! Да сколько можно-то?

‒ Господин, я… я не могу, ‒ с лёгкой паникой на лице запротестовала Калира, сидя прямо напротив меня и отводя в сторону затравленный взор. ‒ Это опасно. Очень опасно. Я не могу. Дайте еще немного времени. Вы глава рода. Вы его единственная надежда и опора. Если я не справлюсь, то вы…

Разрази меня трижды Бездна! Опять? Ладно, всё ясно. Попробуем иначе. Метод принуждения здесь не годится.

‒ Да. Я умру, ‒ осторожно перебил я девушку, неспешно поднимаясь с кресла. ‒ В адских мучениях, а также извиваясь в конвульсиях и предсмертной агонии. Дрянная и жуткая смерть.

От произнесенных слов альва вдруг побледнела еще сильнее, а сердце её учащенно забилось от нахлынувшего ужаса и страха. Того гляди еще в обморок грохнется.

‒ Но, ‒ обойдя её со спины тепло продолжил я, нежно кладя свои ладони на её слегка подрагивающие плечи, ‒ ты ведь не допустишь моей смерти, не так ли? Ты моя будущая жена.

‒ Господин, я и вправду не могу. Слишком мало времени, ‒ чуть не плача и гулко сглатывая зашептала девушка, дрожащими пальцами прикасаясь к моим рукам и прикрывая подрагивающие веки. ‒ Если с вами что-то случится, я не смогу простить себя. Меня не простят ваши жены.