Последний реанорец. Том IX

Звон рассекаемого воздуха и посвистывание активируемых техник были слышны даже за защитным барьером, ведь именно за ним его уже ожидали верные соратники и друзья.

‒ Сколько это уже продолжается? ‒ негромко спросил Воронцов, хмуро наблюдая за всеми потугами Аксакова, явившись на подземный уровень самым последним на назначенную встречу.

‒ Неделю как почитай, ‒ сухо отозвался Акинфов. ‒ Начал прямо в день похорон Артёма. Тренируется без остановки как умалишенный. Не спит и не ест.

‒ Сёма, надеюсь, он тренируется не для того, чтобы бросить ему вызов на дуэль? ‒ холодно осведомился Николай.

‒ Это может разрушить все наши планы! Мы хорошо прижали Лазарева! Мне наконец-то удалось связаться и договориться с хунхузами. Его финт с убийством Арт…

‒ Финт? ‒ тихо переспросил мужчина, перебивая своего друга. ‒ Ты это называешь финтом? Коля, не твоего сына подло убили! Не твоего сына заклеймили убийцей, и не твой сын сейчас гниёт в тюрьме, ожидая суда и казни. Твоя семья и твой Влад сейчас под надёжной защитой.

А вот ни я, ни Андрей теперь не в силах чем-либо помочь нашим детям, потому как поздно, ‒ с лёгким раздражением вспылил Акинфов, а его лоб исказила глубокая тёмная морщина. ‒ Выбирай слова и имей совесть, если она у тебя еще осталась конечно! Честно признаться, после того… после того, что случилось с Ромой, ‒ невнятно и сбивчиво проговорил князь, словно сам не верил сказанному, ‒ я уже начинаю жалеть за всё содеянное. Я жалею, что мы связались с этим выродком. Искренне жалею…

‒ Семен! ‒ грозно прошипел Воронцов тому в лицо, хватая друга яростно за грудки.

‒ Даже не вздумай отступать и сдаваться! Он этого и добивается! Мы его уничтожим! Уничтожим весь его род и его людей! Ни император, ни Потёмкин, ни Трубецкой, ни даже третий тайный отдел нам не помешает! Теперь у нас всё получится. Больше никаких шуток. Патриарх тоже готов истребить всю пришлую заразу. Он поможет. Ударим единым фронтом.

‒ Успокойся! Никто не сдаётся! ‒ грубо рявкнул Акинфов, вырываясь из хватки столпа.

‒ Я лишь сказал, что жалею, только и всего. Мы с Андреем не отступим.

‒ Тогда объясни, чем он занимается? ‒ нетерпеливо прорычал Николай, пальцем ткнув на площадку.

‒ Тренируется. Он хочет помочь. Сам не верю, что говорю это, но боюсь ни я, ни он, ‒ глазами указал князь на арену, ‒ отныне Лазареву неровня. Он стал слишком силен и опасен. Выйти с ним на дуэль после казни Габсбурга самоубийству подобно. Андрей занимается для того, чтобы помочь.