Последний реанорец. Том V

Несколько похожих городов были разрушены моими руками где-то на закате первой жизни. Весьма странное и непередаваемое чувство. Не хочется этого признавать, но руки странным образом так и чешутся взяться за старое, будто я вновь оказался в прошлой шкуре.

— Как тебе столица Австро-Венгрии? — тихо подала голос Алина, сидевшая слева от меня, когда беседы в кортеже Романовых заметно утихли и большинство присутствующих лишь наблюдали за мелькающими пейзажами и архитектурой, что проплывали за окном автомобиля.

— Скучно, а обстановка слишком слащавая, — честно признался я, с ленивой гримасой на лице, в то время как моя рука незаметно стала поглаживать девушку вдоль спины.

В глазах Трубецкой за долю мгновения образовалась целая буря эмоций, от паники и до необычайного удивления, но почти сразу та расслабилась, когда поняла, что делаю я это незаметно и неуловимо.

— А Оттон лишь этому соответствует. Не так ли? — понимающе усмехнулся Ростислав, между делом переглянувшись с сестрой после моего замечания.

— Так и есть, — согласился я с Романовым.

— А что скажете о самом Габсбурге? — вдруг поинтересовалась Виктория, вместе с Прасковьей и Мариной внимательно наблюдая за выражением моего лица и пытаясь прочесть истинные эмоции.

— Что именно вас интересует, ваше высочество? — с предвкушающей миной ответил я вопросом на вопрос. — Можете спрашивать прямо, не стоит заходить издалека.

— Какова будет ваша оценка касательно его нынешней силы? — серьезно вопросила та.

— Вполне… силен, — пожал я плечами с ленивой улыбкой на лице, откидываясь на спинку кресла.

Вполне силен… для малолетнего недомерка.

— Но не думаю, что вас заботит именно этот неоспоримый факт, не так ли?

— Если честно, я не хочу этого признавать и да простит меня Ростислав за сказанное, — тихо заговорила та, мимолётно взглянув на брата. — Но в силу своего возраста, я не думаю, что сейчас он способен одолеть в прямом столкновении Оттона, либо как-то с ним потягаться. Это касается всех архимагов на столповой. Но вы, вы… скажем так… иной случай.

Сломить?!.. Бездна, какая она кровожадная. Неужели, Австрийский ей настолько не нравится. Вот тебе и миролюбивая жизнючка. Всегда знал, что с ними лучше не связываться. Слишком капризна эта стихия.

— Кто знает, — пожал я насмешливо плечами. — Пусть это будет всеобщим сюрпризом. Я также как и все могу кому-нибудь проиграть.

— Не паясничай! — припечатала вдруг Прасковья, под сдержанный смешок Алины.