Последний реанорец. Том V

— К тому же не стал бы так быстро сбрасывать вашего брата со счетов, — добавил я, в ехидной манере подмигивая Потёмкиной. — Если не ошибаюсь, то Оттон тоже литой. Туманник вроде бы. Прямо, как и боярышня Трубецкая.

— Нет, я ему не ровня, — заметила тотчас княжна. — Он чистый туманник, я лишь приобрела этот навык вкупе с паром. Литые всегда на порядок могущественнее обычных магов.

— Как по мне, значимость литых слегка переоценили, — отмахнулся я, от таких суждений девушки. — Всё зависит от искусности одаренного, мастерства и его усердия.

Если тебе и твоему роду удалось достичь управления паром и туманом посредством лишь стихии воды хоть и в мизерной его части, то ты уже необычайно одарена. В дальнейшем этот навык будет у тебя лишь прогрессировать. Но разговор сейчас не об этом. Я веду к тому, что у любой магии есть слабые и сильные стороны. Скажем, вода и огонь. Само собой, при встрече равных противников эти слабости будут сведены к минимуму. Так вот лёд вашего брата в некоторых своих воплощениях сможет спокойно противостоять туману Оттона и его иллюзиям. Главное знать, как правильно использовать данную силу. И поверьте, — усмехнулся я. — Ваш брат это знает. Мирослав Петрович отменный наставник.

Хоть и не такой отменный, как мастер Уартерат.

На все мои замечания сам Романов лишь коротко кивал, а под конец понятливо улыбнулся.

— Говоришь, прямо как дядя Мирослав. Вот только с тобой этот номер не прокатывает, да? Как и не прокатит с… Селеной Валуа, — и стоило произнести имя француженки, как щека парня заметно дёрнулась.

На языке вертелся честный и очевидный ответ, но говорить пришлось мне подобно мастеру Уартерату.

— Ты прав, просто моя молния владеет некоторым преимуществом перед стихией льда, только и всего, но за несколько лет обучения, их можно свести к незаметному минимуму. Поэтому у вас, ваше высочество, всё еще впереди. Касательно Селены ничего сказать не могу. Но если она владеет молнией в достаточной мере, то в данный промежуток времени у тебя могут возникнуть проблемы.

Да и эту соплячку француженку я попросту не видел в деле.

— Вы говорите как умудрённый жизнью наставник, — колко заметила Романова.

Ох, твою мать! До чего она въедлива.

— Нет, ваше высочество, просто с самого рождения я умею наблюдать, слушать и хорошо анализировать. Благодаря трём этим факторам и всемирной паутине я и стал таким к нынешним годам. Только и всего. В подобном нет ничего сверхъестественного.