— Отпустите же его! — пискнула девица у соседнего столика.
Но никто не подошёл. Страх висел в воздухе, как перед грозой. Люди чувствовали — этот опасен. Дирижёр посмотрел на всех. Один раз. Этого хватило.
Посетители возмущались, робко гудели, но никто и с места не сдвинулся, никто не осмелился приблизиться к человеку с волчьим взглядом.
* * *Наряд полиции подоспел быстро — автопатруль роты ППС Заводского района как раз шёл по маршруту недалеко от места вызова. Дежурный передал по рации:
— Буйный клиент в «Остерии Марио».
Угрожает официанту, охранника вырубил. Вы рядом — проскочите. Проверьте.
— Принял, — отозвался старший наряда, лейтенант в форменной полёвке и с видеорегистратором на груди.
Служебный УАЗ «Патриот» неспешно притормозил у входа ресторана, скрипнув колодками. Дверь хлопнула, из машины вышел сержант, поправил форменное кепи, провёл ладонью по ремню с «Кедром» и кивнул лейтенанту — мол, идем или как.
— Вова, пошли с нами, — проговорил лейтенант, обернувшись к водителю.
— Ссыте, что ли, вдвоём? — лениво отозвался Вова, даже не пошевелившись.
Сидел, откинувшись на спинку сиденья, будто собирался вздремнуть. Нога на педали тормоза, взгляд стеклянный и безразличный.
— Там Лёха охранником работает. Вместе в армейке были. Тот ещё кабан, не из пугливых. Если он не справился — значит, не просто подвыпивший клоун. Шевели колготками, пошли.
— У вас вон… автомат, — проворчал Вова, косясь на «Кедр».
— Херню не пори, Вова. Во-первых, это пистолет-пулемет, сколько раз тебе объяснять, а во-вторых, ну там же люди.
Давай, жопу оторвал и с нами пошёл. Быром!
— Ладно, иду, иду… — Вова со вздохом вылез, потянулся, хлопнул дверью. Направился следом, застёгивая куртку.
Трое патрульных вошли в ресторан через основную дверь — массивную, из красного дерева. Внутри — тишина, только музыка журчала под потолком из спрятанных колонок. Но атмосфера была наэлектризована.
В дальнем углу, возле окна, сгрудились человек пять: охранник — тот самый Лёха, уже пришедший в себя, официант с трясущимися руками, молодой повар в фартуке, кто-то из администрации и хостес.
Все столпились возле столика, у которого спокойно сидел мужчина лет пятидесяти. Седой, подтянутый, а взгляд — ледяной. В руке бокал, перед ним тарелка, на столе — аккуратно сложенные салфетки."
"Вокруг него суетились, угождали. Подливали вино, что-то извиняющееся бормотали, стараясь не провоцировать.
— Ну и что тут у нас? — негромко спросил лейтенант, оглядываясь, но уже с прищуром.
