Последний Герой. Том 3

А потом мы остались вдвоём, пили до утра, когда все уже разошлись. Выпили всё до последней капли, утром головы трещали. Ты мне сказал тогда: отдыхай, не ходи на работу, а сам пошёл и пахал за меня, за себя и за весь отдел. И когда у тебя начались проблемы с женой, ты пришёл ко мне. Мы бухали с тобой до рассвета, я тебя утешал. Ты говорил, что хотел тогда пустить себе пулю в висок. Нет денег, безнадёга, проблемы с семьёй, Маринка не понимает… Если бы не я, ты, наверное, уже и не жил бы. Это даже не я так думаю — это так ты мне говорил, друг.

Или не друг ты мне уже? А я теперь вижу всё. Душа моя видит, хотя тело давно съедено червями. Как ты живёшь, как богатеешь… Я не понял тогда, что ты был компаньоном Валета. Не понял…»"

"Палыч замолчал. Бумага дрожала в его руках, это было отчётливо видно. Он поднял глаза, глядя на меня с ужасом, и на секунду мне показалось, что он вот-вот потеряет сознание.

Я стоял молча и неподвижно, ощущая холод и ярость внутри. Пора было заканчивать с этим раз и навсегда.

* * *Палыч сидел молча, белее снега.

Он смотрел на меня, и в глазах его читался ужас, смешанный с неверием, будто перед ним стояло нечто невозможное, необъяснимое, почти потустороннее.

— Кхм… Кто… кто ты?.. — наконец, с трудом выдавил он из себя.

— А ты как думаешь? — усмехнулся я холодно и горько.

— Ты пришёл убить меня?.. — почти шёпотом произнёс он, с отчаянием улавливая мой жест.

Моя рука уже готова была нырнуть под рубашку и выхватить пистолет. Он заметил выпуклость оружия под тканью и прекрасно понял: малейшее его движение — и я выстрелю.

Он инстинктивно попытался потянуться к столику, в котором был выдвижной ящик, но я качнул головой и тихо сказал:

— Не надо.

И показал взглядом на пистолет, давая понять, что ему уже не успеть. Он всё понял и застыл на месте, руки его повисли беспомощно. Он не попытался больше достать оружие. Может, потому что знал, что не успеет, а может, просто не хотел — сейчас в душе он даже хотел подчиниться мне.

— Знаешь… Это гложет меня всю жизнь, — вдруг тихо заговорил Палыч, опуская взгляд вниз и слегка покачиваясь, будто был пьян или принял смертельную дозу яда.

— Я… я нехороший человек. Лютый был моим другом, лучшим другом. Но… я убил его. Не сам, но…

Я дал ему время на ещё один вдох, чтобы он мог продолжить говорить.

— Я убил, потому что он слишком близко подобрался к Валету. Я не смог иначе. А теперь… теперь ты подобрался к нему слишком близко. Это я вызвал этих спецов. Хочешь — верь, хочешь нет, но это я.