Осознав, что часы мне не врут, сразу подорвался и побежал в душ, чтобы быстрее привести себя в порядок. Сегодня с утра должна быть праздничная суета, а я тут решил отоспаться сразу за всю неделю. Когда спускался вниз, уже уловил запах блинов. Их у нас по традиции на масленицу жарила не Настюха, а Маргарита. Уж не спрашивайте почему, но это был единственный день в году, когда наша строгачка правила балом у плиты. Сам-то я не в курсе этого ритуала, но понял это из разговоров.
— Саня, ну ты и любитель поспать! — высказала мне встретившаяся в коридоре сестрёнка.
— Пойдём на улицу, помощь твоя нужна.
— Снеговиков что ли лепить собралась в последний раз? — хмыкнул я."
"— Сдурел что ли? — Катя выпучила глаза и развела руками. — Чучело соломенное делать, что ты как в первый раз?
Потом она видимо вспомнила про потерю памяти, махнула рукой и рассмеялась.
— Пойдём, Настя уже в парке, втроём мы быстро справимся, — сказала она и потащила меня за руку в сторону прихожей.
— Я почему-то раньше считал, что так только в деревне делают, — буркнул я, надевая пальто.
В нашем мире и в городах всегда чучело жгут, но я думал, что аристократия этим не занимается. Хотя, и в магию раньше тоже не верил, а она есть.
— Откуда у тебя этот снобизм, Сань? — возмутилась Катя. — Пойдём, ты просто забыл. А Маргарита уже печёт самые вкусные блины во вселенной. Их ты небось тоже не помнишь. Вкусные-е-е, пальчики оближешь, главное их не пооткусывать.
Глава 22
Настя уже начала разбирать брикет соломы.
Пантелеймон крутился рядом и настойчиво предлагал свою помощь, но девушка от него отмахивалась, как от назойливого комара сопровождая жесты весомым аргументом «я сама». Когда мы с Катей подошли, она смогла отделить совсем немного соломы, которой и на голову чучела хватит с трудом. Втроём мы с этой задачей справились достаточно быстро.
— Насть, — тихонько обратилась к ней Катя, но я услышал. — А чего ты Пантелеймону не дала помочь с соломой? Он у нас обычно этим занимается.
— Так я-то не в курсе, — смутилась девушка.
— Хотела сама справиться, привыкла преодолевать трудности самостоятельно с тех пор, как не стало родителей. Он теперь на меня обидится?
— Кто? Пантелеймон? — хихикнула Катя. — Да брось ты, он не обидчивый. Главное его «воякой» не обзывать, такое слово он не любит. Ты его выправку видела? Четверть века человек в армии императора отслужил.
— Ого! — воскликнула Настя и уже совсем по-другому посмотрела на нашего слугу.
