— Сообщу вам, что между нами ничего не было. А в кровати она, потому что утомилась, а я не знаю, в какой комнате она живёт.
— Надеюсь, она хотя бы в подобающем виде прибыла? — выдохнул тот.
— Конечно. Ни царапинки, — широко заулыбался я и не стал упоминать про мою рубашку на голое тело. Хотя вру, я ведь ей ещё и трусики выдал.
— Хорошо… — тот рухнул ко мне за столик, а Дарья убежала за крепким кофе. — Я правильно понимаю, что ты хочешь, чтобы академия выкупила яблоки?
— Да. Их слишком много, чтобы по ресторанам носиться и договариваться.
Сами можете этим заняться.
— Хорошо, — он закрыл глаза и протяжно выдохнул. — Только завершили собрание, как вновь всех собирать… Ладно. Постараюсь выбить цену получше. Всё ценное, как я понимаю, у Альмы?
— Да.
— Понятно. Благодарю. Эти яблоки будут неплохим подспорьем для академии…
— А почему сами не добываете?
— Я скажу больше, основатель академии и посадил этот Сад, — хмыкнул старик. — Но потом стало сложнее добывать яблоки. Сад стал приманивать всё больше чудовищ, которых поглощал.
Да и людей-идиотов туда совалось немало. В итоге Сад стал слишком опасным. Да и вокруг него неспокойно. И кстати, что за наёмники?
Ну я и рассказал, про Малиновую долину и Сад. Старик лишь хмурился и качал головой.
— Понятно. Если ты не против, передам эту информацию в мэрию. Пусть проведут проверку.
— Передавайте. У Альмы, кстати, голова того командира наёмников. Можете также передать, что эти наёмники угрожали княжне, что пустят по кругу и сделают из неё секс-рабыню.
Глаз директора вновь начал дёргаться.
— Передам… Ещё как передам…
Кажется, передаст из директора выйдет не очень хорошим. Ну и ладно. Вскоре я попрощался с ним и Дарьей и поспешил домой. Живот урчит. Булочки — это, конечно, хорошо, но хочется мяса! Мясного мяса…
Но сперва зайду по пути к Лизке.
Дверь её была чиста и отмыта, что уже хорошо. Постучался, и миг спустя из-за двери показалась рука, что схватила меня и утащила внутрь!
Думал, очередной зомби напал, потому что у Лизы были чёрные круги под глазами, бледное лицо, и она странно хрипела.
А ещё какая-то бесформенная, то ли туника, то ли тряпка.
И слова сказать не успел, как мои штаны оказались на полу, а девушка на коленях, минуту спустя уже я на девушке, а полчаса спустя прозвенел будильник.
— Всё! Учёба! — заявила та, выскочив из-под меня, и бросилась за стол, к учебникам. Сказать, что я офигел, значит, ничего не сказать.
