И это не описать словами… Мякоть, оказавшись во рту, тут же растаяла, наполнив рот множеством невероятных вкусов. Они просто взрывают мозг, заставляя чувствовать бесконечное счастье и удовольствие.
А ещё энергия… Она растекается по телу, впитываясь в каждую клеточку.
Когда я открыл глаза, ощутил грусть и печаль из-за того, что это закончилось. И не только я. Все, кто очнулся, ощущали тоже самое. Кроме свина. Тот уснул, а ещё его чешуя осыпалась. Мутирует, похоже. Ну или эволюционирует.
— Ещё… хочу… — промурлыкала Хонока.
Её лицо было в слезах, видимо, от счастья, а тело в слюнях…
— Мы только начали, — хмыкнул я и начал раздавать вторую порцию, но побольше. Как я и думал, теперь реакция была более умеренной. Никто больше не падал, но стоны стояли такие, будто у них всех непрерывный оргазм…
Но ощущения и правда непередаваемые. Хонока даже отрубилась. Зато очухалась Мия. Она больше не копьё, а вновь милая змейка.
Я дал ей побольше, а та… нет, не стала копьём. Она отползла и, укусив свой хвост, легла кольцом, но почему-то начала раздуваться в своей середине… Будто кролика съела.
Ну или яйцо отложила. Внутрь себя…
Закрыв глаза, я сосредоточился на мякоти. Это была последняя партия. И нужно будет поискать, где водятся эти пеньки. Я, кажется, понял, как их убивать. Хочу остальных своих женщин накормить мякотью. Она явно имеет особый эффект, так как я ощущаю себе сильнее."
"— Агх… — слегка простонал я, ощущая, как внутри меня что-то лопается. И вдруг я оказался в своей душе… Мои ПЖМ ярко сияли! Настолько ярко, что печати не выдерживали!
ПЖМ были заточены в сферы из золотых колец, что исписаны рунами, и сейчас эти золотые кольца лопались одно за другим.
Вот тебе, блин, и стандартные печати!
Ну уж нет, мы сейчас не в том месте и не в том времени, чтобы лишиться силы, что нам дарует приручитель!
Вытянув из себя энергию, направил её множеством потоков в печати. Вроде помогло. Они перестали трещать и лопаться. Вот только я ощущал себя так, будто сейчас лопну от перегрузки! Ощущаю себя пластиковой трубой, в которую подали такое давление, что её разрывает изнутри.
Когда всё закончилось, я открыл глаза и рухнул на спину, обливаясь потом.
С трудом отдышавшись, увидел, что женщины тоже лежат и им не очень хорошо. Но при этом все мы ощущаемся немного сильнее. Ну а Мия, похоже, родит яйцо… Большое такое…
Выдохнув, я просто лежал и слушал тяжёлое дыхание женщин.
— Я словно заново родилась… — произнесла Николь и села на колени.
