Давай ещё кое-что попробуем.
Я использовал ещё одну сферу, с тревогой понимая, что их осталось совсем немного, и снова созерцал перед собой демона.
— Чего хотел попробовать? — я смотрел на него и видел, что Йонир очень недоволен собой.
— Давай её испарим и соберём конденсат, а? — предложил он и развернулся к озерцу, прогревая свои огнемёты в плечах.
— Стойте! — Рик вдруг спустился и завис перед нашими лицами. — Вы разве не слышите?
— Чего? — я прислушался, но по-прежнему вокруг была тишина, нарушаемая лишь нами самими.
"
"— Тс-с, — призрак приложил полупрозрачный палец к таким же губам. — Как же вы можете не слышать? Это же голос. Кто-то говорит с нами!
Глава 6
Я ничего не слышал.
Йонир хотел было возразить, причём, я был уверен, что это была бы шпилька в духе: смотрите, у призрака совсем крыша потекла. Но я остановил его движением руки. Мы оба замерли. Четверо, если считать Рика и Курфа.
В полной тишине прошло несколько минут. Причём, я мог поклясться, что тишина была действительно мёртвая.
То есть я отлично слышал собственное дыхание и даже свой собственный пульс.
— Ничего не понимаю, — прервал Рик молчание и подлетел ко мне. — Кто-то что-то говорит. Кажется, обращённое к нам, но я не могу понять, что именно. Но чувствую разочарование.
Я покачал головой. Что-то в этом всё было такое, что требовало осмысления. Конкретно, если мы никакого голоса не слышали, а слышал его только Рик, то, возможно, голос действительно был, но на другом уровне мироздания. Всё-таки нашему полупрозрачному спутнику было доступно чуть больше, чем обычным людям.
Например, вызывать души умерших… Стоп!
Получается, что Рик может взаимодействовать с чем-то таким, чего уже нет в нашем мире. Что изменилось и стало недоступным для многих, но не для него.
— Послушай-ка, — сказал я. — А попробуй вызвать душу этого самого озера.
— Что? — в один голос спросили меня Рик и Йонир, полагая, что я сошёл с ума.
Но прежде, чем ответить, я снова проанализировал поведение жидкости-металла.
Если посмотреть все опыты, что мы проводили, и представить, что мы имели дело не просто с озерцом материи, а с чем-то одушевлённым, то теперь все действия этой самой жидкости становились понятными. Она просто не желала разъединяться.
Оно и понятно. Допустим, подойдёт ко мне какой-то незнакомый мне человек, и скажет: слушай, а давай-ка ты мне сюда свою руку. Она мне нужнее, потому что с помощью неё я смогу сделать себе охренительную защиту.
