В развороте перед глазами открылось зрелище неприятное и отталкивающее.
Дверь на этаж была выбита. Тут же у выхода лежало несколько убитых гражданских. Последний, ещё живой, был прижат в углу. Замерший над ним карлик сжимал несчастному шею — видимо, душил. Второй стоял в стороне и что-то выговаривал мерзким визгливым голоском.
Я ощутил, как сознание захлестнула ярость. То, как бесцеремонно, по-хозяйски эти мелкие твари расправлялись с людьми, ударило по нервам.
Тот из карликов, что стоял ближе, услышал мои шаги и даже успел обернуться.
В следующую долю секунды я встретился с его серовато-бесцветными глазёнками на заросшем редкими волосами лице. А ещё через мгновение ударил его ногой, отбросив в стену, словно мяч.
Столкновение погасило основную часть энергии. Используя остатки, я взмахнул клинком и обезглавил уродца, что душил пленника. Первый в это время отлетел к стене и ударился с такой силой, что, кажется, выбил из бетона пыль.
На миг глаза противника помутнели, тот явно поплыл.
Однако почти тут же он вскинулся, готовый вступить в схватку. Движения маленького ублюдка были невероятно быстры, но, зажатый в угол, он просто не имел возможности реализовать ловкость.
Новым ударом ноги я на миг прижал противника, а мощным колющим ударом буквально прибил его к стене. Отпустив застрявший клинок, я схватил его за лицо и, оттянув, впечатал затылком о бетон так, что захрустело.
В тот же миг послышался шорох снизу. Резко оглянувшись, я увидел ещё одного карлика — тот стоял внизу, через лестничный пролёт от меня.
Не знаю, что именно он увидел во мне, но морда уродца была до жути напуганной.
Решение пришло инстинктивно. Взмахнув цепью, я швырнул Братца. Оставляя за собой зелёный блик, тот рванул к перепуганному карлику.
Как бы тот ни был испуган, среагировать карлик всё же успел, уходя с траектории броска. Только не сказать, что это ему помогло. Резко повернув, Братец настиг цель и схватился прямо за шею. В следующее мгновение тело уродца охватило тусклое свечение.
Ставшая видимой энергия жизни вытягивалась из тела и тут же поглощалась нежитью. Коротышка умер мгновенно.
За черепом пришлось спуститься, теряя драгоценные секунды. Братец как раз закончил. Он разжал челюсти и откатился. В стороне осталось лежать нечто отвратительное, похожее на засохшую мумию, лежащую в луже мутной вонючей жидкости.
— Ну и дела, — произнёс я, осторожно забирая Братца.
Вернулся я одновременно с подоспевшим подкреплением.
