Да, была ещё причина, по которой распорядитель мог не запрашивать для Эрршама разрешение на доступ к охранным чарам особняка: если этот самый Эрршам по пути сюда, пользуясь своим присутствием в Столице, решил заглянуть к одной-двум-десяти своим неофициальным любовницам. А потом и завтра отпроситься сюда, потому что не успел всё доделать. Только появление Элора портит ему всё дело. Но это уже проблемы Эрршама.
– Как мои подопечные? – я старалась не двигаться, чтобы лишний раз не тревожить кожу, старалась не думать о том, что снаружи ходит Элор, а в саду очень мягкая трава, уютные беседки, да и здесь полно комнат, в которых можно…
– Госпожа Энтария сегодня не в духе и не покидала комнату, еду, оставленную ей возле двери, брать не стала.
Госпожа Сирин четыре раза приходила её уговаривать через дверь, но ничего не вышло. В час дня ей пришло письмо, с тех пор госпожа Сирин плачет в перламутровой гостиной своего крыла… Заказ в аптеку отправлен, вы дождётесь снотворное здесь или вам его переправить?
Элор ожидал от меня общения с Энтарией, так что всё равно мне надо провести здесь минимум час, а лучше два.
– Привозите сюда, я ещё некоторое время побуду здесь.
– Вы останетесь на ужин?
Проклятые правила приличия требовали ещё и Элора с Эрршамом на этот ужин пригласить, развлекать их светскими разговорами.
– Я поем с моими подопечными. Для принца Элоранарра и придворного мага Эрршама на всякий случай приготовьте что-нибудь… сытное.
Распорядитель поклонился и двинулся прочь, а я осталась. Думала, спрятаться мне ото всех в одной из комнат вблизи апартаментов Энтарии или сначала проверить, что там стряслось с Сирин? Я чувствовала, что знаю, в чём причина её страданий, и это не Энтария, но мысли слишком путались, чтобы понять, почему мне так кажется.
Прикрыв глаза, нырнула сквозь мучительные образы, мыслью пронеслась в восточное крыло, уловила там нервные волны боли, тоски, разочарования, страха. Я хотела дотянуться, скользнуть по памяти и узнать причины слёз, но прилив дикого, болезненного желания нарушил концентрацию, мой ментальный порыв рассеялся, и я снова оказалась заперта в своём отвратительном теле.
"
"Я развернулась к лестнице в западное крыло, сделала пару шагов, но поняла, что там меня ожидает только уединение с кошмарами и желаниями. По телу пробежала дрожь, и я направилась в восточное крыло. Считала ступеньки, считала, сколько колец пускают по «воде» пола прикосновения моих ног – от двух до пяти в зависимости от мягкости поступи.
