А я себя и вовсе в отношениях не представляла ни в постоянных, ни во временных – с моими-то целями, рассветными кошмарами и притворством.
– Ри, ты можешь на меня положиться.
Так же пристально глядя, тревожась обо мне и желая, Дарион очертил пальцами мою ключицу, и от его прикосновений по телу разлился знакомый жар, соски затвердели, я остро ощутила каждую складочку на подушке, изломы своих волос, мягкое касание шерсти к плечу, горячее дыхание на своей скуле. Пожар страсти разгорался сильнее, мысли настойчиво смещались к Элору.
А ведь на мгновение я всё же представила себя в отношениях – тогда на его отборе. Но я выбросила эту глупость из головы. И это получилось легко: разум снова затуманивался брачной магией, чувственными желаниями.
Это плохо, очень плохо. Мне надо закончить то, что вчера не позволил приступ возбуждения: исправить воспоминания Сирин Ларн обо мне. И об Энтарии и её ребёнке, пожалуй, тоже, чтобы Сирин не сболтнула лишнего Элору или Вейре с Диорой.
Вейра хоть и строит из себя глупую кокетку, но подмечает всё пугающе хорошо. А если вспомнить её шутку на балу в честь дня рождения императора Карита, то получается, влечение Элора ко мне она заметила раньше меня, хотя я с Элором провожу намного больше времени, чем она.
Мне нужно, просто жизненно необходимо добраться до Сирин Ларн и изменить её память прежде, чем ей поставят ментальный щит правителей. А когда Элор её на процедуру отправит? С утра или через неделю-другую – неизвестно, так что действовать надо немедленно.
Но внутри зарождалась дрожь, а кожа… кожа опять такая чувствительная. Снова начинается эта пытка!
– Ри… – Дарион навис надо мной, снова укрывая в своей тени, смотрел в лицо очень внимательно. – Ри, я не смогу помочь, если не буду знать, в чём именно нужна помощь."
"Я заглянула в его тёмные глаза с радужками, закрывающими белки почти полностью. Медведеоборотень – тот, на кого я никогда не смогу воздействовать ни ментально, ни голосом.
Именно за это их свойство Аранские и поставили их, в целом более слабых, чем драконы, себя охранять. Именно это делало любое взаимодействие с Дарионом особенно непредсказуемым и потому опасным, но…
– Достань мне того порошка ещё. Как можно быстрее, – неожиданно томно попросила я. Эти очень женственные насыщенные интонации голоса смутили меня, захотелось спрятать их за глухим привычным тоном.
