Фергар, прежде чем запрыгивать к занявшему в этом экипаже третье место Нилю, косившемуся на меня, как и все офицеры, спросил:
– По кому траур?
Тут и извозчики уставились на меня с любопытством.
Я окинула всех взглядом. Не знаю, как выглядело в тот момент моё лицо, но Фергар отчеканил:
– Простите, что отвлёк, дождусь официального объявления, – и запрыгнул в экипаж, поднял складную крышу со своей стороны, хотя для этого ему пришлось пригнуть голову.
Я расправила крылья, лошади дёрнулись в сторону, и только забиравшийся во второй экипаж Дьянки сорвался с подножки и рухнул на каменные плиты.
Извозчики забубнили что-то успокаивающее лошадям. Дьянки ругнулся, извинился и, покрасневший до кончиков лопоухих ушей, резво запрыгнул в экипаж.
На этом происшествия доставки Барнаса в ИСБ закончились. Тревожным был только сам путь через город: слишком много нервно гудящих толп, настороженных взглядов, и теперь в шуме проскальзывало: «младший принц… Арендар… похищенный…» Офицеры настороженно поглядывали по сторонам, будто ждали нападения, но на них только смотрели – выжидательно, столь же настороженно.
И даже тёмно-золотой свет вечернего солнца придавал Столице и горожанам какой-то особо мрачный вид.
На улицах существа собирались в группки, но на центральной круглой площади, вокруг которой располагались основные здания управления империей, в том числе столичное ИСБ, прохаживались только патрули городской стражи, солнце сверкало на их начищенных касках и пуговицах.
При виде нас стражники оживились, но подойти никто не осмелился ни когда я приземлилась на крыльцо, ни когда Фергар заводил шатающегося Барнаса по ступеням под резвый перестук копыт и гиканье извозчиков, спешивших убраться подальше.
Пока они этим занимались, я прислушивалась к охранной системе. Пока нас не было, внутрь телепортировалось десять существ – ровно столько, сколько я дала допусков для целителей. Дополнительных активаций системы не было, по метке Сиринов меня не вызывали, а она ещё действовала, пусть и очень слабо.
Не было никаких следов появления Неспящих в ИСБ, и всё же когда запечатанные двери открывались, мне было немного страшно."
"Мы вошли в полутёмный холл, шаги отдавались эхом, и створки закрылись, отрезая нас от улицы и переполошённой Столицы. Ко мне во всей силе вернулся страх – подсознательный, пропитавший кровь ужас перед Неспящими. Опять казалось, они ждут за поворотом, скалят зубы, сверкают острыми когтями.
