Забавно, но сейчас на меня реагировали практически как на дракона правящего рода. Элор (если никто ничего не натворил) и то не вызывал такого трепета. Может потому, что все знали – своих он в любом случае будет защищать, а я слишком долго пряталась в его тени, слишком непонятна.
Надо всех выписывать, чтобы не тряслись тут от страха, это плохо на здоровье влияет. Да и мешать будут работе остальных. Недостаточно оправившихся можно выслать по домам групповыми телепортационными заклинаниями и перезаключить договор с целителями – пусть лечат их там.
* * *"
"Я успела только отправить больных восвояси, урегулировать новый договор и его оплату перепиской с главой гильдии (работавшие здесь целители не обладали достаточными полномочиями) и начала выдавать бледному Миллариону задание по всем этим бумажкам и вписанию наших возросших расходов в бюджет, когда прилетел первый отчёт о допросе распространителя слухов.
За ним посыпались другие.
Глава 41
Надежды на то, что я ошиблась в предположениях, рушились с каждым новым отчётом: на подозреваемых воздействовали ментально.
Никто не рассказывал им о событии в ИСБ, им внушали воспоминание, что они слышали это от какого-нибудь знакомого, и желание поделиться впечатлениями о таком событии, обсудить это за кружечкой пива или вина.
Подложные воспоминания и установки им подкидывали в этих же трактирах, на улице в толпе прохожих – вычислить менталиста или менталистов в такой ситуации почти невозможно.
Для этого один менталист должен просмотреть воспоминания всех объектов на момент внесения установки и немного раньше, из окружающих лиц выискать одинаковые… но и это не гарантирует успеха: умный менталист не покажет лицо, где возможно – спрячется за иллюзией, просто переоденется, не будет попадаться на глаза объекту внушения.
Просматривая отчёты, понимая, как офицеры надеются, что им удастся поквитаться с обидчиком, я почувствовала неимоверную усталость. А едва концентрация ослабла – навалились видения с окровавленными телами родных и мной в объятиях Элора.
«Нет-нет, прочь, – я взмахнула руками, будто отбрасывая эти образы. – Уйдите!»
Прилетели ещё три письма с отчётами, я сосредоточилась на них – опять то же самое!
Менталист…
Чтобы его поймать, нужен сильный и умелый специалист с хорошей памятью на лица, желательно – потомственный. Услуги такого обойдутся дорого…
Чем больше я об этом размышляла, тем сильнее становился внутренний протест против поиска этого нелегально действующего менталиста.
