Секретарь старшего принца 5

Казалось, я должна разрыдаться, но слёз не было, просто какой-то бесконечно-бескрайний ужас, перебивавший все чувства Дариона настолько, что я его не ощущала.

— Элор… — прошептала я. — Он…

— Спит, — глухо отозвался Дарион.

Ладно, хотя бы с Элором всё в порядке. Ох и выскажет он мне о менталистах…

— Ты не виновата, — повторил Дарион и крепче меня обнял. — Ты не виновата в том, что Неспящие пришли в твой родовой замок, ты это понимаешь?

Наконец его эмоции пробились сквозь мой ужас: он был в отчаянии, и я не понимала, почему, ведь он вернулся во дворец, он всех нас спас, добился своих целей.

— Ты понимаешь, что ты не виновата? — повторил Дарион. Я молчала, и тогда он сел. Поднял меня с постели и тряхнул. На самом деле в комнате была не абсолютная темнота, и я увидела контур его головы на фоне более светлой стены. Я ощущала его взгляд. И безумный калейдоскоп его чувств. — Ри, ты ни в чём не виновата!

Он так хотел это до меня донести, и я бы хотела поверить, но… но…

— Дар… если бы я не была потенциальной избранной Линарэна, дедушку бы убили как-то иначе, а не явлением Неспящих и маскировкой всего этого под уничтожение потенциальных избранных.

Эмоции Дариона меня практически обожгли, и пусть я не могла знать его мыслей, по чувствам поняла — он тоже так думал, но надеялся, что я ухвачусь за возможность оправдать себя.

Я не могла.

Невозможно гарантировать, что Неспящие не явились бы в замок убить меня, даже если бы дедушка погиб раньше этого — просто чтобы уничтожить его ученицу, которая могла знать правду.

"— Дар, не надо, — попросила я слишком жалобно, непохоже на себя, и от этого мне тоже было тошно. — Я очень ценю то, что ты хочешь помочь, но… Дело не только в дедушке, ты прекрасно это понимаешь. Не будь я потенциальной избранной Линарэна — этого бы просто никогда не случилось. Даже если пришли не за мной, то ради меня… Но ты… прав. Скорее всего, Неспящие действительно пришли лишь за дедушкой, этим и объясняется то, как мало внимания уделили Халэнну, даже не присмотрелись к нему толком.

— Ты не виновата, Ри… — Дарион жалел меня.

— Пожалуйста, не надо. Пожалуйста, я… Не хочу это обсуждать. Не сейчас. У меня опять сейчас весь мир переворачивается.

— Это из-за предательства Эштрана?

— Да, — солгала я и зажмурилась крепко-крепко, уткнулась в его широкую меховую грудь.

На самом деле в предательстве дедушки не было ничего сверхнеожиданного: он никогда не относился к своему вассальному долгу как к чему-то значимому.