Секретарь старшего принца 5

Дарион так переживал… Его эмоции могли стать спасением сейчас, когда я не хотела думать, анализировать и чувствовать. Я не хотела быть сильной и справляться, я хотела бы столкнуться с этим всем, когда напитаюсь магией и буду физически ощущать себя сильнее, когда станет точнее известно, что с Элором, и какая участь меня ждёт.

Хотя бы когда я напитаюсь магией, чтобы не ощущать себя столь ничтожно слабой.

Я расслабила ладонь на тёплых губах Дариона, ласково провела по ним кончиками пальцев. Его сердце забилось чаще, эмоции всколыхнулись — жалость и нежность, любовь и отчаяние.

Проскользнув по груди Дариона выше, в его ослабших объятиях, я оказалась с ним лицом к лицу в почти кромешной темноте. Ощущала его дыхание, безумный стук сердца и отчаянную нежность. Прикосновение к его губам опалило меня вспышкой смешанных противоречивых чувств. Крепче сжав меня, Дарион запрокинул голову, не давая себя целовать:

— Ри, я понимаю, чего ты хочешь, но это не то, что тебе сейчас нужно.

Я прижалась губами к его шее, к пульсирующей жилке. Мои клыки скользнули по тёплой коже, отозвались у Дариона волной мурашек, вспышкой желания. Какого же огромного усилия ему стоило не отозваться на этот призыв. Повалить меня на кровать, но не поцеловать. Прижать к себе, но не ласкать. Пытка, в которой я тонула, чтобы не чувствовать самой и не думать.

— Всё проходит, Ри, — прошептал Дарион мне на ухо, укутывая одеялом, фактически заматывая им, притягивая к себе.

"— Рассказывай, — обречённо согласилась я, по его эмоциям поняв: он не позволит мне, как раньше, скрыться в его чувствах и верит в то, что так правильнее.

Возможно, он прав, но мне сейчас, когда поколебалась вера в наставления дедушки, не казалось, что нужно сразу справляться с эмоциями и давить их, восстанавливать над собой контроль, а не потакать слабостям.

— Всё началось очень давно, — Дарион сквозь одеяло погладил меня по спине. — Когда драконы запечатали в мире демонов пожирающее магию чудовище. Печать, удерживающая его там, находится в Пат Турине. Сейчас мы не можем связаться с городом, возможно, печать уже разрушают, а может, пат туринцы ещё сражаются, и всё не так плохо.