Но такой прецедент…
И усиление вампиров…
И то, что этим тварям отдадут живых существ на съедение…
Меня передёрнуло. Терпеть не могу вампиров, они просто созданы для всякой гадости.
— Я понял тебя, — сухо произнесла я. — Спасибо, что предупредил.
Я уткнулась взглядом в бумагу.
— Думал, ты эмоциональнее отреагируешь, — осторожно заметил Элор, кажется, он ждал от меня бурных возражений.
И они были — но глубоко внутри. Потому что я понимала: выражать их бессмысленно. И это просто чувства.
Чувства, которые, как меня учили, не должны влиять на дело.
У нас есть враг.
У нас есть способ ударить по нему сильнее, но для этого надо убить восемь тысяч магов.
Удалось даже минимизировать потери среди законопослушного населения, предназначив в жертву преступников.
Это очень логично, разумно, и меня готовили принимать столь же хладнокровные решения. Не настолько масштабные, но не менее жёсткие. А масштаб — это всего лишь масштаб, он не меняет сути, готов ли ты пожертвовать несколькими существами или несколькими тысячами существ.
Я всё прекрасно понимала.
Но я бы предпочла, чтобы убили вампиров.
Внутри всё выворачивало из-за того, что убивать будут для их усиления, что они будут убивать подданных разных стран, и им за это ничего-ничего не будет.
Это отвратительно. И это раздражает.
Хотя разумом я всё прекрасно понимала. И разум предложил задвинуть все эмоции подальше, не думать об этом и сделать всё возможное, чтобы не столкнуться с этими вампирскими тварями, не напоминать себе об этом плане.
Не можешь изменить ситуацию — измени отношение к этому. А если тебя это не касается напрямую, просто забудь. Так меня учили.
— Просто постарайся не посвящать меня в это всё, — попросила я. — Не хочу знать подробностей.
— Подробностей и я не знаю, это не моя юрисдикция, меня просто попросили ускорить передачу дел в суд.
Я молча кивнула.
Элор ещё немного посидел на диване, пристально меня разглядывая, но от созерцания моей персоны его отвлёк самолётик с запиской.
Прочитав, он вздохнул и вышел из кабинета.
О вампирах я старалась не думать, чтобы не будить совершенно излишние эмоции, тем более логическая часть меня понимала разумность данного подхода.
Так что внешне я действительно отреагировала не слишком эмоционально. К концу дня мне удалось даже не думать об этом.
Эмоции проявились ночью, в кошмарах — и там действительно было страшно.
