— Он меня разоблачит!»
Кажется, я зарычала, стала ощупью искать Жаждущего… но моего оружия не было. И я просто бессильно рычала.
Перед глазами всё двоилось, расползалось, вспыхивало яркими цветами и тонуло в беспросветной тьме.
— Не надо целителя! — рычала я. — Не подходите!
Кажется, я продолжала рычать. А в голове стучало: «Нельзя-нельзя-нельзя, чтобы меня раскрыли».
Пахло кровью вампира. Мои пальцы были в его крови, и я рычала. И никто не подходил. А мир кружился, и смертельный холод сковывал тело.
Мне было страшно.
При этом я понимала, что с высокой долей вероятности останусь жива. Словом смерти можно убить любого, а передо мной был лишь жалкий не самый старший вампир — не может быть, чтобы я могла только разменять свою жизнь на его жизнь. Какая-то часть меня — действующая, рациональная — понимала, что надо просто подождать. И, конечно, не допустить к себе целителя.
Поэтому я рычала.
Рычала, перекрывая шушуканья и собственные панические мысли.
Мир раскалывался и снова превращался в картинки: убогий коридор, труп вампира рядом, офицеры ИСБ, топчущиеся возле лестницы. Темнота. Снова коридор. Труп вампира. Но возле лестницы уже никого нет. Но я всё равно рычу.
Наверное, я слишком давно не практиковалась в убийстве кого-то покрупнее скотины, поэтому мне сейчас так тяжело.
Халэнн сделал всё, чтобы скрыть моё отсутствие в замке — внезапная мысль, образ. Я представила, как он убегал в моём платье, испуганно оглядываясь.
Он мог снять с себя амулет абсолютного щита, и я бы поняла, что с ним происходит. Может быть, смогла бы позвать подмогу, а может бросилась бы к самому дорогому мне существу…
Запах корицы и раскалённого металла обжёг меня и всё перевернул. Я зарычала громче.
— Халэнн, что с тобой? Что с тобой? — звук доходил издалека.
В раскалывающейся картине мира мне предстало испуганное лицо Элора совсем рядом, его огромные зрачки в окантовке узких золотых радужек.
— Целителя, срочно!
— Я в порядке, не ранен! Не надо целителя, — я вцепилась в мундир с золотыми пуговицами. — Не надо целителя, это откат. Это… ты… — я постаралась шептать. — Это последствие слова смерти. Это скоро пройдёт. Мне надо просто отдохнуть. Отдохнуть…
Мир раскалывался и разрывался, рассыпался, вспыхивал яркими красками: огненные волосы Элора, его глаза, золото его раскинувшихся во тьме крыльев.
