Он надеется на моё возбуждение? Не получит! Пусть убедится, что его поползновения бессмысленны — это будет лучшей защитой от домогательств. Конечно, придётся не раз показать безразличие к ласкам, но в будущем это избавит от многих проблем.
Я надеюсь на это.
И поэтому старательно игнорирую ощущения. У меня почти получается не думать об этом, но совсем оставить тело «без присмотра» нельзя: вдруг Элор решит провернуть что-нибудь этакое? Или, не встретив сопротивления, присунуть мне между делом.
Но пока в его действиях нет ничего настораживающего: он просто касается меня кончиками пальцев. Это даже на ласку не похоже, скорее на изучение.
Позволяю себе не сдерживать замечаний: не отрываясь от «чтения», тяну:"
"— О, теперь я наконец-то понимаю, чем вы с Линарэном похожи: ты тоже любитель исследовать. Проверяешь, женщина ли я на самом деле? Может, целителя позвать для подтверждения?
— В том, что ты женщина, я как раз не сомневаюсь, — сипло шепчет Элор. — Меня больше удивляет, как тебе столько времени удавалось сдерживать женскую натуру.
Это было легче, чем сейчас быть женщиной.
Моргнув от этой неожиданной мысли, впиваюсь взглядом в ровные строки. Аккуратный почерк напоминает о Миллорионе — заполненные им документы тоже аккуратные, как учебник по каллиграфии. Без единой помарки. Всё же интересна судьба человека, писавшего…
Элор обхватывает мою ладонь пальцами и тянет.
— Я, вообще-то, читаю, — сердито напоминаю я.
— Я вижу, — Элор начинает разжимать мои пальцы.
— Мне неудобно держать папку одной рукой, — цежу я.
— Тогда положи её на кровать и перевернись на живот…
Последние слова отдаются неожиданной вспышкой жара, и поэтому я резко отвечаю:
— Нет!
Резче, чем хотела бы. Наверное, это подозрительно, у Элора дёргается бровь, но он мою поспешность не комментирует, а я корю себя, что, возможно, показала слабость, подсказала рычаг воздействия: воспоминание о том единственном разе вместе всё же оставило отпечаток тёмного, ломающего волю желания, какую-то чувственную зацепку внутри меня.
Именно этот момент. Несмотря на кровавые кошмары после… Потому ли, что в кошмарах не было ничего от той близости?
Мысли проносятся в уставшем мозгу неожиданно быстро, пугающе мощно… словно взбеленившиеся хорнорды. Я хмурюсь.
— Или телекинезом придержи папку, — советует Элор, — тебе же нравится демонстрировать мне ментальные способности.
