Поглаживает. И снова целует. Я перевожу взгляд на строки в личном деле, но краем глаза продолжаю следить за действиями Элора. Он прижимает мою ладонь к своей щеке и, зажмурившись, об неё трётся.
На сексуальные притязания это не похоже. Совершенно. Это… нежность. Чуть отстранившись, Элор поглаживает мои пальцы. Осторожно касаясь, почти невесомо, гладит сначала большой, потом указательный. Странные ощущения пробегают по коже. При этом Элор рассматривает каждый мой палец очень внимательно. Целует. Поглаживает ногти, и ощущения от этого тоже странные.
Приятные и немного тревожащие.
Снова Элор прижимается к моей ладони щекой. Глаза блаженно закрыты, и я наблюдаю за ним почти не таясь. Как он утыкается носом в ладонь и глубоко вдыхает мой запах. Целует руку. Прижимается крепко, чтобы отпустить и снова целовать кисть, запястье, гладить пальцы. Упоённо. Самозабвенно. С непередаваемым выражением лица."
"Ему нравились мои руки. Он любовался ими. А теперь дорвался.
Элор опять целует ладонь и запястье, шумно вдыхает мой аромат, касается губами растревоженной этими ласками кожи, прижимается… Это похоже на безумие, похоже на блаженство получившего дозу наркомана.
Надрыв и исступление.
Обхватив мою руку, прижав её к себе, Элор застывает с зажмуренными глазами. Кажется, не дышит. Я в открытую смотрю на него.
Он, судорожно вздохнув, так и не открывая глаз и не отпуская мою руку, укладывается на постель чуть ниже меня. Даже лёжа Элор продолжает обнимать руку, поглаживать пальцы…
Внезапно обхватывает мои ноги ногой, и бедром я ощущаю горячее напряжение упёршегося сквозь панталоны члена.
.
Элор дышит мне в плечо.
Гладит пальцы.
И всё.
— Спокойной ночи, — желает нежно.
— Эм, это всё? — не верю я: это наверняка какой-то хитрый план, это что-нибудь значит.
— Я сейчас слишком возбуждён, не могу думать головой, мне нужно успокоиться. Потом продолжим. Спокойной ночи. Как дочитаешь, погаси свет, пожалуйста.
И это не ложь.
Листы из папки с тихим шлепком валятся мне на лицо.
Я не удержала их телекинезом. Отвлеклась, хотя для такой поддержки и концентрироваться особо не надо. Но это, конечно, пока в дело не вступает Элор!
— Или давай сразу спать, — предлагает Элор. — Ты устала.
Как благородно — ни единого напоминания о моём недавнем хвастовстве о способностях в телекинезе. От этого снисхождения ещё досаднее!
Сдержав рык, телекинезом собираю листы в папку и вместе с другими двумя отправляю её на пол.
